Уголок Быкова

[тормоз 6 917]

С Эха:

На праздник — девятого, значит, числа —

Не вымысел, честное слово! —

Поклонская лично икону несла

Царя Николая Второго.

Иные выносят портреты родни,

О близких напомнить желая,

А эта в священные майские дни

Выносит портрет Николая.

Он, может, родня ей? Да нет, не родня.

Звезде прокурорского цеха

Сказал бы я вслух: не смешите меня,

Все это не повод для смеха.

Она говорит: ветераны порой

Ссылались на странное дело —

В бою Николай им являлся Второй

И чудом спасал от обстрела.

Быть может, являлся, Отчизну свою

Спасая от вражьего стана…

Но странно он выглядит в этом строю.

А впрочем, нисколько не странно.

Я думаю, лет не пройдет и шести —

Программа у нас долгосрочна! —

Вот так же и Пушкина будут нести.

И Блока. Суворова — точно.

Союзников ищет кремлевский обком.

Варя свою дикую кашу,

Он хочет сегодня единым полком

Представить историю нашу.

Вы в общем отряде, России сыны!

Вы движетесь к новым Пальмирам

Отрядом одной бесконечной войны

Со всем окружающим миром.

В едином отряде — желай не желай —

Любой прокремлевский ханурик,

И Сергий святой, и Второй Николай,

И Петр, и Малюта, и Рюрик.

Шагает бессмертный, как сказано, полк,

А в центре бессменный, как кажется, волк

И волки ночные в придачу…

Смеяться не время. Я плачу.

[klemm 412]

С фейсбука (сестра прислала):

Zhanna Magaram

 

22 January · Beachwood, OH, United States ·

 

Вчера в Кливленде случилось феерическое выступление Михаила Ефремова и Дмитрия Быкова. По традиции зрителей попросили озвучить новостную тему для того, чтобы, пока идет концерт, Дмитрий Быков написал злободневный стих. Кливлендские зрители заказали стихотворение в стиле Сергея Есения о призыве В.В Путина к европейским евреям вернуться в Россию.

Счастлива поделиться шедевром:

 

Ты жива ещё, моя Россия,

Часть седьмая суши и воды?

Как ни кинь, а мы твои родные,

Как ты называешь нас, жиды.

 

Слух прошёл, что твой суровый лидер,

Чуя бакс по 85,

Как-то вдруг возможности увидел

Нас позвать в Отечество опять.

 

Верит он - с чего б это, ей-Богу? -

Что по встарь протоптанной тропе

Мы придём назад, тая тревогу,

В старомодных пейсах и кипе.

 

Обалдеют пресса и наружка,

Выставят кошерную еду...

Родина! С чего бы ты, старушка,

Загрустила шибко по жиду?

 

Видно, до того уже раскрали,

Вплоть до мегавольт и киловатт, -

Что совсем воды не стало в кране,

И притом никто не виноват.

 

Не своих же близких я уволю,

Подойдя к трагическому дню!

Teddy Диму, Патрушева Колю,

Славу ли Суркова прогоню?

 

Вас-то, крайних, мне теперь и надо.

Говорят, что кризис на пять лет.

Вы одни мне помощь и отрада,

Вы одни мне несказанный свет.

 

Приезжайте радостно, как заи,

С детками, с имуществом своим...

- Ну чего, - жиды ему сказали, -

- Сделаем тебе Ерусалим.

 

Выстроим теплицы и кибуцы,

Как повсюду делают жиды.

Где без толку местные скребутся -

Расцветут фруктовые сады!

 

Средний век Российский будет долог,

Ведь за медицину мы горой:

Тут же каждый третий - стоматолог,

Гинеколог, кажется, второй...

 

Выстроим комфортные палаты,

Безработным дело подберем -

И при этом будем виноваты.

Можно даже изредка погром.

 

Рай тебе построим вместо ада,

Можно будет выдохнуть стране...

- Нет! - воскликнул Путин. - Нет! Не надо.

Лучше я как прежде. В шушуне.

 

Д. Быков,

21 января 2016,

Кливленд

[klemm 412]

А вот недавнее, про Носика:

Мы требуем: пускай посадят Носика, чтоб ротика уже не открывал...

[Артем 9 768]

Дмитрий Быков и Игорь Губерман.

 

ДБ: Как Вам в Израиле?

Игорь Губерман: Мне хорошо в Израиле. Хотя здесь очень много дураков. Как еврейский мудрец несравненно мудр, так и еврейский дурак несравненно, титанически глуп, и каждый убежден в своем праве учить весь мир. Что поделаешь, страна крайностей.

 

ДБ: Нет у вас ощущения, что она обречена?

Игорь Губерман: О том, что она обречена, говорят с момента ее возникновения, это уже добрая примета. Если перестанут говорить, что мы обречены, - это будет повод насторожиться.

 

ДБ: Но нет у вас ощущения, что назначение еврея - все-таки быть солью в супе, а не собираться в отдельной солонке, вдобавок спорной в территориальном смысле?

Игорь Губерман: Я слышал эту вашу теорию, и это, по-моему, херня, простите меня, старика. Вы говорите много херни, как и положено талантливому человеку. Наверное, вам это зачем-то нужно - может, вы так расширяете границы общественного терпения, приучаете людей к толерантности, все может быть. Я вам за талант все прощаю. Но не задумывались ли вы, если серьезно, - что у евреев сегодня другое предназначение? Что они - форпост цивилизации на Востоке? Что кроме них, с их жестковыйностью, и самоуверенностью, и долгим опытом противостояния всем на свете, - кроме этого никто не справился бы? Ведь если не будет этого крошечного израильского форпоста - и весь этот участок земли достанется такому опасному мракобесию, такой агрессии, такой непримиримой злобе, что равновесие-то, пожалуй, и затрещит. Вот как выглядит сегодня миссия Израиля, и он, по-моему, справляется. Да и не собралась вся соль в одной солонке, она по-прежнему растворена в мире. Просто сюда, в самое опасное место, брошена очень большая щепоть. Евреи, живущие здесь, - особенные. От прочих сильно отличаются. Ну и относитесь к ним, как к отряду пограничников, к заставе. Характер от войны сильно портится, да. Он хуже, чем у остальных евреев. Раздражительнее. Ну так ведь и жизнь на границе довольно нервная. Зато остальным можно чувствовать себя спокойно...

[klemm 412]

Губерман — умница, в очередной раз прочитал этот фрагмент с удовольствием!..

[klemm 412]

Ай да Андрон, ай да пукин сын!

Бедный Быков...

А какие каменты!..

[Гость Геофизик]

Губерман — умница, в очередной раз прочитал этот фрагмент с удовольствием!..

А Быков дрекишеватый мужичонка (при всех своих знаниях и способностях вязать речи)

[Артем 9 768]

Ай да Андрон, ай да пукин сын!

Бедный Быков... А какие каменты!..

 

Процитирую. Уж очень недурно:

 

- Надо же, как я заблуждался! Всю свою глупую жизнь. Думал, он - мудрый старик, а оказалось - старый мудак.

 

- А мотивы для столь резкой перемены очевидны. Более полутора года готовится запуск проекта сети фастфуда под названием "Едим как дома", во главе которого стоят братья Никита Михалков и Андрон Кончаловский: http://www.ntv.ru/novosti/1636650. Началось всё с того, что братья попросили у Путина миллиард рублей госинвестиций и обещали окупаемость в течение 2,5 лет. Но было отказано. Сейчас, при содействи правительства, вроде бы принято решение, что 70% профинансирует СБербанк (разумеется, не на халяву, а под проценты), а 30% внесет Андрей Кончаловский. Период окупаемости, соответственно, увеличился до 5 лет.

 

Понятно, что когда рискуешь такими "бабками" (около 300 млн рублей), которые не на улице нашел, а зарабатывал долгие годы, то (pardon my French) очко сжимается, а в животе холодеет при одной мысли, что Путин может вдруг уйти. Поэтому Путин, конечно, должен править вечно. Или, по крайней мере, в течение периода окупаемости названного проекта.

Ничего личного, просто бизнес.

 

- В искренность поддержки Кончаловским и Познером «путинского блага» я ни секунды не верю; в искренность соблюдения «интересов» — склонен верить, несомненно. Но, ребята: вам уже по 80 лет, плюс-минус — не время ли вспомнить о том, что есть вещи поважнее, чем статус первача и богача — да и куда уж больше?? Или это всё же контракт — фаустовский контракт с адской властью? Подпись кровью, все дела…

Ох, не знаю.

[klemm 412]

А Быков дрекишеватый мужичонка...

На идиш перешли?

Ну, не минеральную же воду "Дрекиш" Вы имели в виду!..

Кстати, Гугляндекс нашёл только одно (!) употребление этого слова, и, Вы не поверите, — у Вас же, поздравляю!

[Гость Геофизик]

А Быков дрекишеватый мужичонка...

На идиш перешли?

Ну, не минеральную же воду "Дрекиш" Вы имели в виду!..

Кстати, Гугляндекс нашёл только одно (!) употребление этого слова, и, Вы не поверите, — у Вас же, поздравляю!

Если затрудняетесь понять мои слова, поищите в китайских словарях 低劣的 или 極糟糕的 и добавьте подходящий суффикс

[klemm 412]

А можно я эту миссию возложу на Вас?

[тормоз 6 917]

В ответ на реплику гостя ток-шоу «Время покажет» («Первый канал») о том, что погибший Моторола был убийцей и недостоин быть героем, ведущий Артем Шейнин, воевавший в Афгане, надвинулся на оппонента и с вызовом произнес: «Я убивал. Что дальше?! Вы же сидите со мной разговариваете…»

 

Моя страна бывала всякой.

Встряхнули давнее былье,

И Убивака с Забивакой –

Герои главные ее.

Необходима перековка,

Предполагается аврал,

И как-то, знаете, неловко,

Что я совсем не убивал.

 

Простите мне, товарищ Шейнин,

Что я, разнузданный злодей,

Стрелял на службе по мишеням,

Но никогда – в живых людей.

Я никого еще не сбросил

В глухой карьер небытия –

И понял в нынешнюю осень,

Что бесполезно прожил я.

 

Мир говорит со мною сухо.

К досаде местных заправил,

Патриотического духа

Я до сих пор не проявил.

И как мне этого добиться?

Отчизна шанса не дает.

Ведь патриот – всегда убийца.

Иначе он не патриот.

 

Но я скажу, товарищ Шейнин:

Мое табу не навсегда.

Меня не зря зовет к свершеньям

Вся ваша дружная орда.

Смотрю на вас.

Офигеваю.

К оружью тянется рука,

И я пока не убиваю.

Но это, знаете, пока.

[Гость Геофизик]

А можно я эту миссию возложу на Вас?

Скулите-то Вы по поводу кто как или не так сказал? Так что дерзайте совокупно с прочими потребителями. По-китайски тоже очень можно трепаться на лёгкие темы.

[klemm 412]

А можно я эту миссию возложу на Вас?

Скулите-то Вы по поводу кто как или не так сказал? Так что дерзайте совокупно с прочими потребителями. По-китайски тоже очень можно трепаться на лёгкие темы.

И снова неадекватная реакция... Начинать уже волноваться штоле?..

[klemm 412]

В ответ на реплику...

Ну, за Быковым не заржавеет: утром в газете, как грится, вечером в куплете!..

[Гость Геофизик]

Не могу не воспроизвести текущий материал из запрещённого ресурса, непосредственно относящийся к обсуждаемым здесь персонажам, - не только к Быкову, но даже и к Кате Муму. Вот он:

 

МЕДИАФРЕНИЯ. МОТОРОЛА, МУМУ И ТВОРЧЕСКАЯ ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ

25 ОКТЯБРЯ 2016, ИГОРЬ ЯКОВЕНКО

О хорошем. Александр Хинштейн устроился на работу в Росгвардию. Он теперь советник Золотова, отвечает за имидж путинских тонтон-макутов, а также за их тонтон-макутскую идеологию и вот это все.

Это хорошо, потому что – гармония. Вот когда Хинштейн работал в «МК», это была дисгармония. Потому что там работает, например, журналист Юлия Калинина. И это было странно и противоестественно, когда в одном месте работают эфэсбэшный сливной бачок Хинштейн и хороший публицист Калинина, причем, оба называются журналистами и в одной кассе получают зарплату.

Потом, когда Хинштейн стал служить в Госдуме депутатом от «Единой России», гармония увеличилась, но дисгармония все-таки осталась. Потому что словосочетание «депутат Хинштейн» заставляло вздрагивать, хотя, конечно, там весь этот думский паноптикум – сплошная дисгармония. Зато теперь – полное соответствие формы и содержания: Хинштейн обрел свое настоящее место. Как раньше это случилось с Михаилом Леонтьевым, который после долгих лет мучений нашел свое счастье рядом с Игорем Ивановичем Сечиным, за имидж которого он отвечает вот уже скоро как три года. И ведь получается! Имидж теперь у Игоря Ивановича – просто загляденье. Так что счастья им: Хинштейну с Золотовым, а Леонтьеву с Сечиным. На этом хорошее у меня закончилось, начинается обычная медиафрения.

 

КТО ИСПОРТИЛ МОТОРОЛУ: БЕЛИНСКИЙ ИЛИ ДОСТОЕВСКИЙ?

Одним из главных ньюсмейкеров минувшей недели смог стать ведущий программы «Время покажет» Артем Шейнин. Он смастерил новость прямо по ходу собственной передачи, которая вышла в эфир 20.10.16. В студии обсуждали похороны Моторолы, и режиссер Григорий Амнуэль попытался обратить внимание аудитории на то, что все обсуждают похороны убийцы, когда в тот же день хоронят Анджея Вайду.

Основная мысль режиссера Амнуэля была даже не в том, каков Моторола, а в том, какое место отводится культуре. Но при словосочетании «Моторола – убийца» режиссера Амнуэля принялись старательно топтать ногами, и его сдавленные слова про культуру звучали уже неразборчиво.

Зато возражения ведущего Артема Шейнина прозвучали громко и отчетливо. «Господин Амнуэль, я убивал. Ну и что?» — спросил Артем Шейнин и подошел к режиссеру Амнуэлю поближе. И продолжил: «Вы же сидите, со мной разговариваете. И для многих людей я вполне себе легитимен».

В словах ведущего Первого канала российского телевидения — «я убивал. Ну и что?» — была даже некоторая сдержанная гордость и чувство превосходство перед тем же режиссером Амнуэлем, которому явно не приходилось убивать. Поэтому, видимо, Артем Шейнин был удивлен, когда на его слова последовала негативная реакция от телекритика Ирины Петровской и в публикациях в социальных сетях. Поэтому в интервью НСН Артем Шейнин счел необходимым пояснить свою позицию. «Я воевал в Афганистане десантником, занимался там не разведением роз», — сообщил ведущий Первого канала. И подвел итог дискуссии: «Если человек убивал, само по себе это не значит ничего».

Не буду повторять то, что по этому поводу уже сказано другими авторами. Об отмене понятия «норма», когда убийство становится нормой, написал Дмитрий Гудков. Аркадий Бабченко внятно объяснил, чем отличается солдат, хранящий верность присяге, и наемник, которым был Моторола.

Можно было бы поговорить о том, что присутствие в эфире Первого канала человека, убежденного, что «если человек убивал, само по себе это не значит ничего», — это уже смертельный выстрел в общественное сознание. Но все это мне представляется настолько очевидным, что трудно говорить об этом, не впадая в унылую интонацию: «Доколе!»

Важнее посмотреть на ту часть общественного сознания, где по идее должны формироваться альтернативные ценности и отстаиваться нормы. И вот что мы там обнаруживаем. Поэт Дмитрий Быков 22.10.16 опубликовал на «Эхе Москвы» пост «Совершенно другой Русский мир», в котором объясняет всем, что привело нас к Мотороле. Начинает поэт Быков с дискуссии с писателем Виктором Ерофеевым, который считает, что «героизация Чернышевского и стояние на коленях перед Белинским привели нас к Мотороле».

Поэт Быков объясняет таинство рождения Моторолы совершенно противоположным образом. Вот так: «Это, скорее, наоборот, — забвение Чернышевского, забвение Белинского, забвение модерна привело нас к ситуации антимодерна… И когда полемика Чернышевского и Достоевского происходила в 1864 – «Что делать?» и в ответ на него «Записки из подполья», — вот здесь-то и начинается зарождение и героизация иррационального… Поклонение Достоевскому нас привело к Мотороле».

И дальше поэт Быков уточняет, как именно от Достоевского можно прийти к Мотороле. Выстраивает маршрут или, как сейчас модно говорить, создает дорожную карту. Вот она: «Культ иррационального, уверенность в том, что убийство – это форма творчества, такая штокхаузеновская несколько… Штокхаузен же сказал: «Какое великое искусство это падение небоскребов в Нью-Йорке».

Итак, покойный Моторола, который умер, как известно, сиротой, после смерти, благодаря поэту Быкову, обрел духовных родителей. Папа у него – Достоевский, мама – Штокхаузен. Ну, или наоборот. Конечно, поэт Быков не считает, что Моторола стал убийцей и мерзавцем из-за того, что запоем читал романы Федора Михайловича, а когда глаза уставали, закрывал их и слушал музыку Карлхайнца Штокхаузена. Нет, конечно! Поэт Быков объясняет, что Достоевский и примкнувший к нему Штокхаузен похоронили рациональную культуру модерна, создали вместо нее иррациональную культуру антимодерна, и вот на почве этой культуры возник Моторола.

По мне, так первый вариант (про Моторолу, обчитавшегося Достоевским) – лучше, поскольку в нем хоть кураж есть. Второй вариант – это просто тоскливая глупость. Это как Холокост из Ницше выводить. Как искать причину падения цен на нефть в структуре зоопланктона и водорослей, из которых сто миллионов лет назад эта нефть образовалась.

Живущий в мире быстрых слов, которые столь стремительны, что далеко обгоняют мысли, поэт Быков, видимо, не в состоянии представить себе мир города Ухта Республики Коми, в котором вырос Моторола, а тем более не может себе представить тот улично-подвальный сегмент этого мира, в котором тот формировался. В этом улично-подвальном мире есть своя культура. Но она никакого отношения не имеет к культуре, которая выросла из полемики Чернышевского с Достоевским, как в свое время культура крепостных крестьян никакого отношения не имела к полемике западников и славянофилов. Эти две культуры практически не имеют точек соприкосновения, хотя их носители живут на одной территории. Дело, конечно, не только в Ухте, такие нелюди вырастают и в Москве, и в Питере, просто в столицах соотношение этих культур иное, удельный вес культуры улицы, подвала и подворотни чуть меньше.

Что же касается культа злодейства и разрушения морали, то тут не надо искать литературных истоков. Причина перед носом. Нормы морали и права уничтожает власть с помощью телевизора. И надо обладать особым зрения Быкова и Ерофеева, чтобы этого не увидеть.

Можно было бы вовсе не обращать внимания на салонную болтовню двух небесталанных литераторов, если бы не тот факт, что в условиях жесточайшей дистрофии, в которой в сегодняшней России пребывают общественные науки, литераторы не оказывались зачастую единственными, кто получает трибуну для объяснения происходящего. Поэт в России, он опять больше чем поэт. И это не всегда благо и для поэзии, и для России…

 

«ЕЕ ЗВАЛИ МУМУ»

Фильм Владимира Мирзоева на минувшей неделе показали на федеральном канале ТНТ. Судя по тем интервью, которые режиссер Мирзоев давал в процессе создания фильма, а также после премьерного закрытого показа в 2015 году, автор не особо рассчитывал на прокат фильма в кинотеатрах и на показ на федеральных телеканалах. И вот – фильм на федеральном канале. Либеральная общественность довольна и немного удивлена смелостью руководства ТНТ. У меня же сложилось впечатление, что фильм вполне могли показать и на главных федеральных каналах, на том же НТВ. Как очередную «Анатомию протеста». Эффект был бы намного больший, чем от обычных «анатомий». И вот почему.

Фильм художественный, но основан на реальных событиях 2010 года, персонажи и прототипы легко читаются. Тогда спецслужбами была организована дискредитация нескольких известных деятелей протестного движения: публицистов, политиков, блогеров. Метод древний – «медовая ловушка». Девушка из модельного агентства Катя Герасимова (творческий псевдоним «Муму») знакомилась с оппозиционерами и приглашала их в гости, где была установлена скрытая камера, на которую снимались постельные сцены. Пленочки, естественно, впоследствии были выложены в интернет и старательно расшаривались добрыми людьми и просто доброхотами.

«История основана на реальных событиях, но фантазия сценариста унесла нас далеко», — поясняет Мирзоев в интервью на «Радио Свобода». О том, насколько далеко от реальных событий унесла фильм фантазия сценариста, скажу чуть позже. Сначала о том, что режиссер Мирзоев явно преуменьшает свою роль. Поскольку, несмотря на то, что по закону соавторами фильма считаются трое – режиссер, сценарист и композитор, все-таки главный всегда – режиссер. Он ставит творческие задачи актерам, создает атмосферу и в целом обеспечивает фильму то, что делает его художественным произведением, отражающим некую реальность. Какую же реальность отразил фильм?

«Аморализм власти и тех людей, которые с властью сотрудничают – это источник всех наших проблем», — так режиссер Мирзоев объясняет основную идею фильма. Проблема в том, что в фильме доминирует совершенно иная идея. Да, эфэсбэшный Куратор, который дает задания Муму – конченая мразь и бездушный монстр. Но это роль второго плана. И вообще, эка невидаль – чекист-подонок! В фильме есть один положительный герой – сама Муму. В традициях русской литературы – относиться к проституткам бережно. Сострадать им, описывать их внутренний мир с пониманием и окрашивать его скорее позитивно. Владимир Владимирович Мирзоев, творя в этой традиции, зашел много дальше, чем до него заходили Лев Николаевич и Александр Иванович. Его Муму, в отличие от героинь «Воскресенья» и «Ямы», не просто жертва обстоятельств, но яркая, творческая личность, которая мечтает либо вырваться из этой тупой страны, либо стать ведущей на телеканале «Дождь».

Да, гебешная провокаторша – человек прогрессивных взглядов, и ее ориентир – не Ирада Зейналова или какая-нибудь Екатерина Андреева, а сама Мария Макеева. Именно её передачи Муму смотрит все время, именно ей она пытается подражать, причем, вполне успешно. А еще она, единственная в фильме, способна на любовь и вообще на искренние чувства к матери, родным, бабушке. А еще она смелая, поскольку в конце фильма решается на бунт против монстра-куратора. И постепенно то, что эта чудесная девушка по заданию спецслужбы пропускает через свою постель вереницу пожилых и не очень пожилых мужчин с целью их скомпрометировать, — это как-то уходит на задний план, и зритель проникается к провокаторше-Муму симпатией и состраданием. А что вы хотите – искусство в руках мастера – это сила. А Мирзоев – несомненный мастер.

Но вот кто в фильме нелеп, смешон, неприличен и абсолютно аморален, так это все без исключения лидеры протеста. Не власть, не те, кто с ней сотрудничает, как утверждает Мирзоев, показаны в фильме как источник зла и всех наших проблем. Отнюдь! Настоящее зло они – «поборники свободы», а на деле – похотливые козлы и к тому же все как один просто отвратительные моральные уроды, лишенные не только положительных качеств, но и малейших признаков даже отрицательного обаяния, которым порой обладают злодеи.

Фильм Мирзоева слеплен из двух стилистических половинок: драмы и сатиры. Драматическая линия – это гэбэшная провокаторша Муму с ее поисками себя, любовью, родными и глубоким внутренним миром. Сатирическая линия – лидеры протеста, у которых нет никакого внутреннего мира, его весь вытеснили лицемерие и похоть. Самый узнаваемый герой, Григорий Александрович, слеплен из двух прототипов, поскольку он – молодой лидер партии «Россия – перезагрузка» (прототип № 1) приходит на свидание с мамой, которая является вдохновительницей всех его побед (прототип № 2). Ведет он себя кое-как. В самый ответственный момент общения с Муму оппозиционер начинает давать интервью радио «Свобода», чем глубоко ранит провокаторшу. В поисках спрятанного микрофона отрывает голову плюшевой игрушке. В общем – подлец

Остальные – не лучше. Немолодой деятель культуры, которого играет Шифрин, изображен просто карикатурно. А некоторые жесты, когда Шифрин начинает гладить матрац, напрямую отсылают к той травле, которой прототип героя Шифрина, кстати, соавтор режиссера Мирзоева по другому замечательному телеспектаклю, подвергся после публикации гадкой пленочки.

Режиссер Мирзоев лично знает всех прототипов своего фильма. Наверное, кроме прототипа главной героини. С некоторыми из них режиссер Мирзоев общался в составе Координационного совета оппозиции, членом которого он был избран. Поэтому режиссер Мирзоев не может не понимать, что те карикатуры, которые были сделаны на них в фильме, во-первых, в ряде случаев мало похожи на оригинал, а во-вторых, играют роль продолжения той провокации шестилетней давности, в которой главную роль играла Катя Муму. Не киношная, а реальная.

Наша оппозиция действительно состоит далеко не целиком из Сократов и Махатм Ганди. Кстати, Махатма Ганди в своей книге «Моя жизнь» рассказывает, что похоть была тем врагом, с которым он долго и далеко не всегда успешно боролся. Это к тому, что поддавшийся соблазну мужчина совершает проступок перед своей любимой женщиной, а не перед обществом, и не стоит так старательно подыгрывать гэбэшным провокаторам в их грязных играх.

Это я не к тому, что наша оппозиция и ее оставшиеся немногочисленные лидеры не бывают смешны, жалки и нелепы. Еще как бывают! И вполне заслуживают хорошей сатиры. Просто мне кажется, что сюжет этой сатиры должен быть свой, а не взятый напрокат у унылой серой конторы.

[klemm 412]

Яковенко красавчик, причём снова и снова, не устаю плюсовать!..

[Гость Геофизик]

Якименко красавчик, причём снова и снова, не устаю плюсовать!..

Хотел сказать про Яковенко, но получился Якименко?

[тормоз 6 917]

Якименко красавчик, причём снова и снова, не устаю плюсовать!..

Так "хто, грите"© - манерный невруб(а)лист?

[klemm 412]

Я в переносном змызле.

[klemm 412]

Якименко красавчик, причём снова и снова, не устаю плюсовать!..

Хотел сказать про Яковенко, но получился Якименко?

Точна так!..

Щас поправлю.

[Гость Геофизик]

Якименко красавчик, причём снова и снова, не устаю плюсовать!..

Хотел сказать про Яковенко, но получился Якименко?

Точна так!..

Щас поправлю.

И Вам нисколько не стыдно писать (от слова "письмо") не то, что "имеете в виду"?

[klemm 412]

Что имею, то и введу, как грится!

[klemm 412]

...И немного о Трампе:

...Вон конец британской воли брезжит, свежий воздух Лондона протух — только-только продавили «Брекзит», загустел национальный дух. Следом Трампа выбрал пояс ржавый*, поведясь на чистое фуфло, — стать решили гиперсверхдержавой, всех держать за Клинтон, чтоб текло. Наши стали выть неудержимо: квазиэлитарная шпана возбудилась, словно после Крыма (как всегда при запахе Овна**). Всякий раз они считают благом худший выбор, выморочный шаг. Симоньян с американским флагом ездит по Рублевке только так. Зазвучали стоны местных пиктов, всех, кто видит Родину каргой: соловьем залился Бенедиктов (нет, не Венедиктов, а другой***) — дескать, наше утро пришагало, либералам вешаться велит, хватит вашингтонского кагала и корректных правящих элит! Лайф ликует, твиттер зачирикал, русская зима берет разгон — в воздухе несется звон тестикул, празднует всемирный удозвон! Аладдин почуял: близко лампа, впереди консервативный вамп! Хоть никто не видел в деле Трампа, все уже заходятся: майн Трампф! Хочет он иль нет, но этой моде надо будет следовать ему… А потом — Ле Пенша на подходе. Между прочим, ждем ее в Крыму. Уж она-то беженцев повышлет, огородит Францию стеной — тут уже по всей Европе вышит наш узор пребудет ледяной. Победят в Германии скинхеды, и у нас — боюсь предположить — скажут: их побили наши деды, а теперь мы можем и дружить. Многие решатся объясняться: русский с немцем братья искони, просто нас столкнули англосаксы, но сейчас прозрели и они. Выдаст Хофер перцу австриякам, Меркель проиграет навсегда — в общем, вся Европа станет раком, пятящимся в темные года. И Россия станет самой модной, самою влиятельной страной, и при этом самою свободной — но какой чудовищной ценой! Помню анекдот (спасибо, школа): над людьми насмешничает Бог. Просишь член, касающийся пола, — он тебя в ответ лишает ног...

 

ПРИМЕЧАНИЯ

*Аналог «красного пояса», индустриальная Америка.

**Ошибка автора. Трамп — Близнец (14 июня).

***Фантаст и политолог Кирилл Бенедиктов.

[klemm 412]

С "Эха":

 

 

11:21 , 30 ноября 2016

Честны глаза у Маслякова. Да, не смешно. И что такого?

 

АВТОРДмитрий Быковписатель, поэт, журналист

Как известно, Маслякова с 75-летием поздравил лично Владимир Путин

 

Хотя прогресс ежеминутен,

Но двух веселых мужиков

Никто не сменит: это Путин

И кавээнщик Масляков.

 

Дух КВН отнюдь не умер.

В России всем – до запятой –

Сегодня правит черный юмор,

Пусть несмешной, зато крутой.

 

Честны глаза у Маслякова.

В них плещет бодрости заряд.

«Да, не смешно. И что такого?» –

Они нам как бы говорят.

 

В глубинах путинского взгляда

Мне тот же видится ответ:

Да, я такой. Других не надо.

Альтернативы типа нет.

 

У академиков засада,

И с Улюкаевым беда –

Уволить можно всех. И надо.

Но Маслякова – никогда.

 

Он даст отпор любым помехам.

Он личный баловень Главы.

«Лайф Ньюс» наехал – и отъехал

(И не могу сказать «увы»).

 

Есть имитация сатиры

У имитации царя,

Их персональные активы

Надежны, прямо говоря.

 

Немногословна их прислуга,

И гордо выпячена грудь.

Им можно все. Но друг на друга

Им никогда не посягнуть.

 

Какая, к черту, перестройка!

Нерасторжима эта связь.

Тут все замаслено настолько,

Как не бывало отродясь.

[klemm 412]

 

 

 

09:50 , 07 декабря 2016

Иван обетованный

 

АВТОР

Дмитрий Быков

писатель, поэт, журналист

 

Иван Охлобыстин попросил и получил гражданство ДНР. Сразу после этого СБУ возбудила против актера уголовное дело по статье «Создание террористической группы».

 

Люблю Ивана Охлобыстина,

Он нам не врет по крайней мере.

Теперь им Родина отыскана:

Он взял гражданство в ДНРе.

 

Идея, смысла не лишенная,

Вопрос практически решенный:

Она — самопровозглашенная,

И он — самопровозглашенный.

 

Мы все относимся с волнением

К его намереньям и крикам:

Себя провозглашал он гением,

И солнцеликим, и великим.

 

Но в чем его различье с Родиной?

Он симпатичен, а не жуток.

Он так играет. Он — юродивый.

Она же действует без шуток.

 

В эпоху хмурую, угрюмую,

Да и кровавую, о Боже,

Все чаще я, однако, думаю:

Что, если он не шутит тоже?

 

Себя считая сверхдержавою

(А не уютным скучным раем),

В игру серьезную, кровавую,

В игру большую мы играем.

 

Страна сомненьями не мается.

Забыв про веру и свободу,

Она сначала заиграется

И доиграется, по ходу.

 

Артист, покуда не спохватится,

Весьма уместен в ДНРе,

И показать, куда все катится,

Он призван на своем примере.

 

Все отразилось в Охлобыстине,

Любителе кадил и складней.

И если он все это искренне —

То тем полезней. Тем наглядней.

[klemm 412]

БЕЗАЛЬТЕРНАТИВНОЕ

 

Поэт и царь, да что — ​отец и мать глядят на мир с различных колоколен. Я постепенно начал забывать, чем в этой власти так уж недоволен. Принюхался...

[тормоз 6 917]

А вот и его отклик на визит в Японию:

Накануне визита в Токио президент России продемонстрировал японским журналистам свою собаку Юмэ.

 

Он показал свою акита-ину,

Красавицу пяти неполных лет.

Она верна крутому господину,

На кров и пищу тоже жалоб нет.

Она вошла, внушительно залаяв,

И даже зарычала пару раз

При виде бывших, так сказать, хозяев:

Мол, мне в России лучше, чем у вас!

 

Япония! Теперь ты быстро взвесишь —

Поскольку любишь тайнопись сама —

Российский закодированный месседж,

Прозрачный для японского ума.

И пылко обсуждаемым Курилам,

И рыбе, населяющей моря,

И людям, и пейзажам, и могилам

У нас тут лучше, прямо говоря.

Что власть теряет рейтинг — это враки.

Нам не нужны ни роскошь, ни права.

Тут, если честно, все — его собаки,

И все — в каком-то смысле — острова.

В чужих руках мы, может, расцвели бы,

Избавившись от страха и стыда,

А так — сплошные наледи и глыбы,

Но гордости по горло, это да.

 

 

 

 

Мы никогда не отдадим Курилы

В чужую власть, в другой видеоряд!

Своей земли не ценят лишь гориллы —

И то гориллы ценят, говорят.

Внемлите недвусмысленному знаку!

И помните, святая простота,

Что мы в обмен на редкую собаку

Послали вам сибирского кота.

Любить кота скорей прилично бабе,

Собаки же прельщают мужиков, —

Однако ваш премьер, культурный Абэ,

По слухам, уважает кошаков.

 

И вот теперь, назло Обаме всякой,

Назло враждебной санкции любой, —

Как дружит кот с отважною собакой,

Так дружим мы, Япония, с тобой!

[Rational_Flaneur 38]

Да, Быков как всегда на высоте

[klemm 412]

Кто б сомневался!..

[pyotr 7 429]

Стер

[klemm 412]

Очередной шедевр:

Дмитрий Быков обозреватель

 

 

Все рядят про Путина и Трампа, их беседу мацают и мнут. Кремль опять идет не дальше штампа: говорили сорок пять минут, согласились с мерзостью ИГИЛа*, помянули дружески вполне, что Россия их всегда любила и была союзником в войне, походя коснулись Украины, никого особенно не зля, прежнее начальство укорили — ​дескать, мы рассорились, а зря… Так как мир надежно раскололи на непримиримые рои, о коротком этом разговоре мнения у каждого свои. Либералы, что отнюдь не тонут, тысячи вольнолюбивых душ, — ​повторяют, что строитель Дональд вылил на врага холодный душ, так что Путин стал от злобы синим, как под отрезвляющим дождем. Говорил, что санкции не снимем, да еще и новые введем, говорил, что ядерную бомбу мы должны упрятать под замок и что возразить его апломбу наш дворовый ничего не мог. Патриоты грязи не боятся и орут, что наш упрямый Вол цепко держит Дональда за яйца, ибо и во власть его привел. Говорят, что мы теперь диктуем и спешим Америку дожать, потому что Трамп не вышел ростом рыцарю Конторы возражать. Повторяют в приступе азарта, чтоб никто иллюзий не питал, — ​он бы снял бы санкции назавтра, но вредит еврейский капитал! Либералы, твари, импотенты, геи, блин, — ​развеяны, как дым. Вот пройдет Ле Пенша в президенты — ​мы тогда всемирно победим! И покуда лает эта свора, я, как будто глядя скучный сон, вою: мне-то что до разговора двух неинтересных мне персон? Петр Саруханов / «Новая»

 

Сутками гадает вся планета: сено? силос? сито? решето? Трамп ли держит Путина за это, Путин ли схватил его за то — ​мы еще к двухтысячному году слышали и ту, и эту рать. Не за кого стало быть, по ходу, не из кого стало выбирать. Либералы хуже патриотов, патриоты западников злей, идиоты стоят идиотов, хоть экран об голову разбей. Пусть-ка мир, разъевшийся бессильно, провалившись в собственный живот, поживет немного, как Россия двадцать пять бедовых лет живет. Мы прошли парламенты и путчи, нищету и собственный ИГИЛ — ​и привыкли: нам не станет лучше, кто бы там кого ни победил. Говорят, что мы народ убогий, — ​вовсе нет! России повезло стать могилой всех идеологий, уравнять и то, и это зло. Выживет ли Трампа русский Вова или станет пылко с ним дружить, — ​будет одинаково хреново, и обоих надо пережить. Эти непристойные напасти мы уже видали — ​и живем так, как будто вовсе нету власти, в вялом разложении своем. Налицо последние приметы, что развязка днесь недалека, и деваться некуда с планеты, как когда-то было из совка. Что делить им и о ком радеть им? Тем сильней порывы в горний свет: время заниматься чем-то третьим, тем, чего еще на карте нет.

Видно, так уж нужно, что планета тем же силам нынче отдана, что когда-то, многажды отпета, наша непутевая страна. И, не в силах голоса возвысить супротив державного ху-ху, мы уже привыкли не зависеть от того, что скажут наверху. В этом состоянии распада вертикали, смысла и семьи, и всего, что нам для жизни надо, — ​есть и преимущества свои. Может, это попросту гниенье, если наша логика верна, а быть может, — ​смутное роенье, прорастанье нового зерна. Допустить легко, что эти двое, глубоко застрявшие в былом, доведут до полного разбоя, и тогда нам это поделом, — ​а быть может, в общей этой гнили, что сейчас кончается, мечась, в Штатах, в Новороссии, в ИГИЛе, — ​нечто зарождается сейчас. Но тогда забудь про этот ворох — ​а точней, про эти вороха, — ​не ища в унылых разговорах темы для хорошего стиха.

*Террористическая организация, запрещенная в России

Глобус-клизма от Саруханова, кстати, прикольненький!

 

Ну, будем и тут ждать минусиков от охреневшего?..

 

Кстати, обратите внимание на выделенный диссонанс в тексте. Сообразили правильную рифму?..

Изменено 31 Января 2017 пользователем klemm

[Артем 9 768]

Очередной шедевр:

Дмитрий Быков обозреватель

 

 

...

Глобус-клизма от Саруханова, кстати, прикольненький!

 

Ну, будем и тут ждать минусиков от охреневшего?..

 

Какие могут быть минусы?

За подачу веселого и умного материала, - да разве кто осудит?

 

Сие еще никому на ФНЛ не остоебенило, обрыдлый Вы наш.

[klemm 412]

Какие могут быть минусы?..

Обныкновенные такие: красные, мерзопакостные!

И какая-то гнида гадит и гадит вот прям щас, гадит и гадит!..

Думает, наверное, что таким образом может мне как-то навредить.

Да чихал я на неё, дефективную!..

 

Ага, понял-понял: эт упражняются Геофизик с Валентином, сладкая парочка, спевшаяся ещё с открытовских времён.

Я вычислил: кроме них щас на форуме никого. Да и то сказать, герои — прячутся под "анонимами", как бригадники какие-нть, прости господи!..

[Гость Геофизик]

гнида гадит .. Думает... мне навредить...

Да чихал я на неё, дефективную!.. Ага, понял-понял...

Я их вычислил... бригадники хреновы..

А Вы думали, что кто-то еще? Сколько же мощи в этом арифметическом значке!

Дорогой klemm! Не ценИте себя так низко! К шестидесяти годам пора уж с дуростью юношеской непримиримости расставаться.

[klemm 412]

А Вы думали, что кто-то еще?...

Надеялся. Но ларчик открылся просто.

...К шестидесяти годам пора уж с дуростью юношеской непримиримости расставаться...

...а к восьмидесяти — и подавно!..

...ценИте себя...

К чему это избыточное выделение а-ля Юлий? Сам контекст ударение не подсказывает разве?..

[klemm 412]

 

Выставлен рейтинг

 

Геофизик

тoрмoз

valentin

Артем

Nikola

На рекорд идём?..

Ну, дык, как в сказках грится, исполать вам, красны молодцы!..

А разжать челюсти, развести скулы и что-нть вразумительное пробормотать — что, мозгов силёнок уже не осталось, песочек один, да?..

Ну, давайте-давайте, расчехляйтесь и дальше, я на вас не огорчаюсь, всё понятненько с вами!..

[klemm 412]

Странно, прошло пятнадцать минут — и ни одного минусика...

Система даёт сбой штоле?..

[klemm 412]

08:02 , 07 февраля 2017

Батька в гневе

 

АВТОР Дмитрий Быков писатель, поэт, журналист

 

Александр Лукашенко собрал большую пресс-конференцию, на которой сделал резкие заявления в адрес России.

 

ЛУКАШЕНКО:

– Володя… Я ж, как ты, изгой!

Я ж был твоей опорой, Вова!

ПУТИН (холодно):

– Теперь мне нравится другой.

Ты слышал? Я люблю другого.

ЛУКАШЕНКО:

– Какой другой? Он сукин сын!

Не мы ль твою спасали шкуру

– Я, Федя Кастро, Ким Чен Ын,

Венесуэла и Науру!

Мы вместе были осью зла,

На прочий мир точили жало,

Меж нас измена проползла,

Меж нами кошка пробежала!

Какой-то бес поссорил нас,

Так ты одумайся ж, Володя ж!

Ты хочешь брать за нефть и газ,

Меж нас границу ты проводишь!

Вредишь ты минскому царю,

Но ты меня не объегоришь!

ПУТИН (сострадательно):

– Григорьич! Я же говорю:

Другого я люблю, Григорьич!

Ну да, мы были Осью Зло,

Такие, собственно, не тонут…

Теперь мне крупно повезло.

Меня к себе приблизил Дональд.

Он оценил мой грозный смех,

Мою широкую натуру,

И я теперь плевал на всех

– И на Пхеньян, и на Науру.

ЛУКАШЕНКО:

– Какой неслыханный пример

Международного разврата!

Из-за него ты предал брата.

ПУТИН (мечтательно):

– Григорьич!

Он миллиардер.

ЛУКАШЕНКО:

– Там три банкротства за спиной,

А миллиардов только девять!

ПУТИН:

– Он сделку сделает со мной.

А ты… чего ты можешь сделать?

ЛУКАШЕНКО:

– Изменщик! Жалкий фанфарон!

Ты приползешь ко мне, коварный,

Когда тебе изменит он!

ПУТИН (холодно):

– Пришлю конвой гуманитарный.

[klemm 412]

А чё Быкова не минусуем? Рука не поднимается, да?..

[klemm 412]

И снова шедевр:й Быков: «Тут был один полуостров Божий, но Бога там больше нет»

На трехлетие

03:25 19 марта 2017

Дмитрий Быков обозреватель

 

 

На трехлетие

 

Три года как никакого Крыма, и скал его, и медуз. Боюсь, что это необратимо, — хотя почему боюсь? Своих любимых в чужих объятьях я видел не раз, не пять и твердо знаю, что дар терять их — важнее, чем возвращать.

Что берег отнят — не в том досада, потерпим, не в первый раз; досада в том, что его не надо отнявшим его у нас. В Гурзуф ли едут они на отдых? В Артеке ли их сыны? На склонах Альп, на карлсбадских водах их виллы размещены. Они же Крыма не знали сроду, на раз доказать могу: ни эти горы, ни эту воду… Им важно накласть врагу! Мы ясно помним весь этот скрежет, не дети, в конце концов: приедет Ярош и всех зарежет! Придет и взорвет Сенцов! Американский авианосец на Ялту уже залез, спешит к Тавриде и скоро скосит сакральный наш Херсонес… Еще припомнят все эти бредни и пламенный абордаж, и то, как сами они намедни кричали, что Крым не наш, — что им до моря? Что им до Крыма? На что им страна моя? Им надо больше огня и дыма, и гордости, и вранья, и чтобы больше диванных воинств, и прочий кипящий квас… Им вряд ли важно себе присвоить. Им важно отнять у нас.

А как любил я свеченье моря, соленый гнилой лиман, толкучку набережных и мола, огни кораблей, туман, досмотры вечные на границе, ДАИ и ее рвачей… Он был, конечно, не украинский. По сути, он был ничей. Он был моим, и уже не будет, и надо учиться жить в стране, где каждый любого судит и каждый каждому жид. Нас всех накрыло одной рогожей, притом до скончанья лет. Тут был один полуостров Божий, но Бога там больше нет.

Я в год бывал там четыре раза, и летом, и в холода — порой посредством седьмого ВАЗа, на поезде иногда; на том вокзале в четыре года сошел я, где мой портрет сегодня с надписью «Враг народа» висит еще… или нет? Сюда с Олимпа укрылись боги — от них ли я отрекусь?! Я знал тут каждый изгиб дороги, и каждый камень, и куст. Без этих вылазок, слишком частых, боялся я умереть; нигде на свете я не был счастлив, как здесь, — и не буду впредь, — нигде не пишется так, как в Ялте, и замыслов большинство мне там явилось… но вот пожалте. Все предало, все мертво.

Предатель-море, предатель-небо, я сбросил бы вашу власть, мне не допрыгнуть до вас, и недо- забыть, и недо- проклясть. Вот так же, верно, лишившись корня, барчук, эмигрант, атлет, прокляв отчизну и только помня свои девятнадцать лет, считал предателями и Выру, и Батово, и Москву. Как те изгои, я тоже вымру. Я точно не доживу до возвращенья из полуада. На юге души — пятно. Я с этим свыкся, и мне не надо туда, где осквернено. Ведь есть и Вырица, и Кампанья, и кстати, — на том стою, — все это полезное привыканье к посмертному бытию. Мы все однажды уйдем от мира, мы все обратимся в прах, нам будет больно все то, что мило, увидеть в чужих руках — в последний раз, пролетая мимо. Так нас тренирует Бог.

Хотя что это начнется с Крыма — он сам угадать не мог.

[klemm 412]

Гоголевская птица-тройка по-блоковски в изложении Быкова:

…Пушкин вертится в гробу, Сталин шепчет: «Я гребу», а полезно и приятно лишь галерному рабу. Это главный наш итог, окончательный виток перед полным превращеньем в запыленный закуток.

 

Последняя фраза напомнила бессмертное:

 

Если женщина упруга

И в постели горяча —

Это личная заслуга

Леонида Ильича.

[klemm 412]

А вот сегодняшнее:

Губернаторскоетокий романс

 

Этот материал вышел в № 109 от 2 октября 2017ЧИТАТЬ НОМЕР

 

КУЛЬТУРА 19:57 30 сентября 2017 19 255

Дмитрий Быковобозреватель

 

 

Петр Саруханов / «Новая»

Милая, чей образ неотступен, чей наряд изыскан, как айфон, — для меня ты типа как бы Путин, хоть чуть-чуть красивее, чем он. Эта страсть меня погубит на хрен. Этот страх не просто так возник. При тебе я как бы губернатор, обреченный, как любой из них.

Ты меня назначила сначала — я попал в тенденцию, в струю, — выделяла, даже отмечала, посещала вотчину мою. Сам я своему не верил счастью, сам благословлял такой удел — я владел одной твоею частью, но зато владел, так уж владел! Мучила меня одна идея: я стоял как будто на краю. Этим краем дерзостно владея, обреченность чувствовал свою. И в разгар любимейшего дела, на заветном как бы рубеже, так ты странно на меня глядела, будто бы прощаешься уже. Важная примета грубых натур: богомол, коль скоро он самец, или среднерусский губернатор — чувствуют все время свой конец.

Хоть воруй, хоть сроду не укради, хоть блюди аскезу, хоть блуди — все равно кранты крадутся сзади или поджидают впереди.

До конца реализуя Кафку, с той же беспощадностью в глазах ты меня отправила в отставку, никакой причины не назвав. Убирайся как бы и не мешкай! Это входит в должность искони. «Ты же знал», — сказала ты с насмешкой. Да, я знал! И знали все они. Это ожидание провала, то, что ведал я и знала ты, — может, только это придавало фрикциям какой-то остроты. Губернатор — тяжкая работа, тусклая, как русское кино. Может, ощущение полета только в миг свержения дано.

 

 

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

 

«Зачистка» губернаторов и смена ключевых фигур в правительстве объясняются переходом к кремлевской системе-2018

 

Что же, я уйду. Без слез и клятв. Должность не останется пуста: молодых красивых технократов ты зовешь на сладкие места. О, как верят эти технократы, эти неокрепшие умы, что они талантливы, богаты и нужнее Родине, чем мы! И не знает алчная толпища, осаждая пафосный подъезд, что она такая как бы пища, а не тот, кто пищу эту ест. Ты ликуешь, новый губернатор, только что назначенный плейбой, — но уже заложен детонатор и взорвется прямо под тобой. Может, нам, сидящим не при деле, орденок сжимающим в горсти, повезло еще, что мы успели прежде детонации уйти.

 

Вот пройдет четыре года кряду — и еще почует, говорят, зависть к ветерану-казнокраду молодой красивый технократ;

так что мы не против, в добрый путь им. Вот урок наивному уму: нас сейчас отставил только Путин, а на них грядет Конец Всему.

…Как ты ликовала, дорогая, сбросив надоевшее старье! Может, Путин, бодро их свергая, чувствует бессмертие свое? Как он их отправил — десять разом, сиротя проблемный регион! Никаким бы веселящим газом не развеселился так бы он. Видел я, когда попал в немилость, как бы волчий вытянув билет: ты же тоже очень веселилась, прямо молодела на пять лет! Дом твой стал отныне неприступен, как его верховный кабинет, — но учти, родная: ты не Путин. Путин вечен, да, а ты-то нет. И тебя старение затронет, и к тебе придет пора утрат, и тебя когда-нибудь прогонит молодой красивый технократ. Будет стон твой тщетен, взор твой мутен, и слеза повиснет на губе…

Но часы-то тикают. И Путин тоже позавидует тебе.

[klemm 412]

«Аншлаг» нам в руки

 

 

Дмитрий Быков

писатель, поэт, журналист

 

Стихи по случаю 30-летия популярной юмористической передачи.

 

Дубовицкая Регина,

Неземное существо,

Наша главная богиня

Не рискну сказать чего!

Эталон (подставьте слово) –

Раньше «Дома» и Собчак,

Соловьева, Киселева –

Это именно «Аншлаг».

Это шоу дно пробило,

И огромная страна –

От титана до дебила –

С той поры живет без дна.

Вся страна, забывши прочих,

Обсуждала твой «Аншлаг»:

Почему они хохочут?

Где берут таких – и как?

Нам вокруг таких не видно.

Может, зрители твои

Тайно вывелись гибридно

В засекреченном НИИ?

Впрочем, в нынешней России,

Полной смеха и цепей,

Все давно уже такие,

А вглядишься – и глупей.

Мы живем не при рейхстаге,

Мы живем не при вожде –

Мы давно уже в «Аншлаге».

Потому что он везде.

И сидящего под флагом

Эталона пустоты

Снова выберут с аншлагом –

Он бессменен, как и ты.

Будь же счастлива, Регина,

Кто не с нами, тот пошляк!

Нам весь мир теперь чужбина,

А Отечество – «Аншлаг»!

[klemm 412]

 

Дмитрий Быковобозреватель

Петр Саруханов / «Новая газета». Перейти на сайт художника

Что мы знаем о потомках, современные умы? Я б поведал им о том, как интересно жили мы. Тут пошла такая мода — ежедневно нам на суд с шестьдесят седьмого года поздравления несут: как прекрасно вы живете, все полней и веселей, в песнях, плясках и работе отмечая юбилей! Знать, достигло апогея просвещенье ваших масс; накануне юбилея вы слетаете на Марс; коммунизм давно построен, побежден стафилококк, каждый сам себе и воин, и творец, и педагог… Ну и я через столетье докричусь до вас, Бог даст: вы нашли там нечто третье, педриот и либераст? Вы не ходите по кругу, чередуя лесть и месть? Не желаете друг другу передохнуть или сесть? Увенчались ли усилья, кто справляет торжество, сохранилась ли Россия без того, того, того! — без того, кого Володин главной скрепою назвал, иль распалась на пять Родин, рухнув в гибельный развал? Опасения итожа, не тушуйся, патриот: «Дай нам, Боже, завтра то же!» — Он нас слышит. И дает. Свято веря в Божью милость, знаю, честно говоря, что ничто не изменилось, кроме имени царя: разве только, может, вместо помещенья под замок и домашнего ареста применяется залог, — но быть может, и по шее бьют бесчисленных зэка, ибо все куда страшнее в ваши четные века. Но, быть может, вам угодно заглянуть на наше дно? Что же, это мы свободно, мы расскажем, нам дано. Вы, потомки, не ругайтесь, вы поймите наш азарт: нынче время домогательств, приставаний, так сказать. Это главный тренд момента, эпизодов — до трехсот. Всяк с упорством импотента хоть не может, но трясет. Кто ж за чистую монету это примет в наши дни? Изнасилований нету — домогательства одни.

Вот создатель «Мирамакса» у тусовки на виду домогался, домогался — и домогся, на беду. На приеме, на отеле — сотни ветреных харит! Но ведь сами же хотели, он смущенно говорит. Вот опять же Кевин Спейси, автор грустного письма, человек огромной спеси и талантливый весьма, — прямо вслух назвался геем, извинился и рыдал… Но опять же мы имеем оглушительный скандал. Все его прессуют жестко, в голосах у всех металл: он преследовал подростка, там и сям его хватал, и склонял к преступным негам, откровенно, без чинов, и показывал коллегам, доставая из штанов… И за это Кевин Спейси, раз его попутал черт, так и сяк измазан в прессе и из «Домика» поперт, а создатель «Мирамакса» и былой любимец масс так ужасно замарался, что покинул «Мирамакс». И теперь они в провале, всех тащившие в кровать, — потому что им давали, не умели не давать.

Вот и наш народный лидер пережил крутой косяк: Трампа давеча увидел — уж и так его, и сяк, на загадочных и старых, на вьетнамских берегах: уж давай и в кулуарах, уж давай и на ногах, — чуть не брал его за галстук, не лобзал его в чело… Домогался, домогался — не домогся ничего. Добивался, как девицу, разве что не брал за грудь: говорил, хотим страницу, говорил, перевернуть, — взглядом трепетным огладил, как влюбленный крокодил, но не справился, не сладил.

И на этом победил.

Потому что Спейси Кевин, соблазнитель душ и тел, чей удел теперь плачевен, — получил, чего хотел. Да и Харви с мордой мопса, вечно шедший напролом, — что хотел, того домогся и наказан поделом. А любезный миллионам петербургский спецслужбист — чист теперь перед законом и пред Родиною чист: мы крутое государство, не нарвались на скандал, так и надо домогаться, чтоб никто тебе не дал.

Ибо мы — столпы морали у планеты на виду и опять переиграли всех в семнадцатом году.

Ну, разве не прелесть?..

[klemm 412]

Грустное, практически безнадёжное:

 

Дмитрий Быковобозреватель

21

• [/url]
  
• 
  
• 
  
• 
  
• 
   
  

17

Петр Саруханов / «Новая газета». Перейти на сайт художника

Во глубину российского режима-с заглядываю, словно в полынью, — ​и вижу, что эпоха наложилась на возраст мой, да и на жизнь мою. Я все его провалы и успехи, ужимки и прыжки, народ и знать давно привык воспринимать как вехи своей судьбы. Где мне другую взять? История — ​она такая штука, а грубо говоря, такая сука, что с нею мы мучительно слились: отдельной биографии этапы размечены судьбой Большого Папы, и будет так, куда ни поселись. Вот он пришел. Мне тридцать два. Я молод. Я никогда не шастал по Кремлю, мне кажется полезным русский холод, я либералов страстно не люблю, в них видя пошляков и супостатов; мне неприятен их надрывный стиль, и если б я, допустим, был Муратов, меня бы я доныне не простил. Не стану, уподобившись невежам, клеймить его агрессию и ложь: вождь тоже был тогда довольно свежим и, кажется, надеялся (на что ж?!).

Немало утекло воды и водки, и кое-что сместилось в голове, и мы сошлись в одной дырявой лодке, тогда как цвет команды НТВ… Но всем не будешь ставить лыко в строку. Слаб человек, ржавеет и металл. Но все-таки к его второму сроку я никаких иллюзий не питал. Добил меня Беслан. Мне стало сорок. Уже я был и враг, почти шпион, — ​но все еще считал, что это морок, что вскорости развеется и он. Меж тем себя я чувствовал в траншее, а может быть, во рву с клубками змей; потом все стало несколько смешнее, но делало меня при этом злей. Поэта вечно бесит все, что ложно. «Закройте дверь, а то выходит газ!» А может, я почувствовал, что можно, и можно, так сказать, в последний раз.

Что вспоминать про зимние протесты, зачем вцепляться в прошлогодний снег? Такие были милые невесты, а вышли ведьмы. Это участь всех. Мне было сорок пять шестого мая. Подросток не наивен и не мал. Напрашивалась рифма «всех ломая», и это, в общем, правда: всех сломал. Ты думал, все пройдет, — ​а тут утроба, родная почва, вечный чернозем. И тут во мне и впрямь проснулась злоба, — ​но самое смешное, что и в нем.

Не утоленный Крымом и Донбассом, с натугою справляя торжество, он чувствовал острее с каждым часом, что ничего не вышло у него, — ​и глядя, как спивалась этим квасом невинная российская родня, я чувствовал острее с каждым часом, что ничего не вышло у меня. К нам подступала смертная зевота. Тут не было ни гордых, ни крутых: добро бы что-то вышло у кого-то! — ​но выйти не могло. Распад. Тупик. Такое было бурное начало, кипенье чуть не влесовых племен — ​а вышел пшик, и это означало, что этот мир уже приговорен. Пускай у них бы что-то получилось, оформилось и вылезло на свет, — ​Россия бы на этом обучилась и одолела гадину… Но нет. Окончена последняя проверка, не слышится ни горнов, ни копыт, — ​здесь никому не взять отныне верха, и не над кем уже. Проект закрыт.

…Мне пятьдесят. Отчаянье не бурно, и пусть я младше вечного главы — ​могильная или ночная урна мне ближе избирательной, увы. Не то чтобы его готов принять я — ​такое безразличье тоже грех, — ​но мы уже вот-вот сойдем в объятья истории, а ей плевать на всех. Приходит час старения, смиренья, все как-то улетает в гребеня, и не могу равно представить день я, когда его не будет… и меня… Что будет после — ​бунты, генералы, рашизм, война, анархия ли мать, опять гэбэшник, снова либералы, монархия — ​теперь уже плевать. Для нас двоих кончается эпоха, 3-дешное, но скучное кино. Друг друга мы использовали плохо.

Но в старости и это все равно.

[klemm 412]

А это не из НГ:

 

Грейхаунд блюз

 

Автобус междугородный, вечерний или ночной,

Его контингент голодный, ничейный и сволочной,

Бедовый и беспородный, свободный и несвободный,

Садовый и огородный, плодовый и овощной.

 

Грейхаунд набит грехами, и два его этажа

Качаются, громыхая, подпрыгивая, дрожа.

Грейхаунд набит бомжами, подростками, что сбежали,

Блядьми, которых прижали, и хиппи грязней бомжа.

 

В России такие едут в ЛИАЗе по вздыбленному шоссе,

По Черни, по Черной Грязи, на Каме или Чусе,

От Велеса до Сварога, от Бога и до порога, —

Но в Штатах таких немного, а наши такие все.

 

В России зима и лето, Находка и Краснодар

Толкают тебя вот в это, влекут тебя под удар,

Толкает каждое слово, и Выхино, и Коньково,

А здесь дойти до такого — потребен особый дар.

 

Среди отмеченных даром сидит с печальным мальцом

Бабенка с еще не старым, но часто битым лицом —

Спасается ли от обыска, торопится ли из отпуска

Иль просто увозит отпрыска, расставшись с его отцом.

 

Младенец ее попискивает, стесняясь чужих ушей,

Улыбка ее заискивает, как часто у алкашей,

Чтоб даже из этого транспорта, заспанного и тряского,

Кто-то, не столь потасканный, не выкинул их взашей.

 

Но стоит кому-то искоса взглянуть на ее дитя,

А может, в порядке искуса, конфету сунуть шутя, —

В ней тут же изобличится затравленная волчица,

Орлица, стальная птица неведомого литья!

 

Чуть кто-то тронь ее дитятко — желая ей же помочь, —

Какого бы визга дикого наслушалась эта ночь!

Бывают такие полночи, в каких не бывает помощи:

Проходишь, держась за поручни, запомнишь — и тут же прочь.

 

Так вот, мой ангел-хранитель, под чьей корявой рукой

Спасается сочинитель, — я думаю, он такой.

Вы локтем его толкаете. Он как бы всегда в нокауте,

Он как бы всегда в Грейхаунде над черной ночной рекой.

 

Он вечно меня таскает по разным материкам,

Нечасто меня ласкает и часто бьет по рукам,

Одежда его замызганная, улыбка его завистливая,

Он смотрит на всех заискивая, как сука в глаза волкам.

 

Меня он колотит на людях, чтоб меньше лупил другой,

Скользит на московских наледях кривой своею ногой,

И то — с какого бы горя я видел нечто другое?

Изгоя в стране-изгое спасает ангел-изгой.

 

Но если какая-то цаца нынче же или впредь

Захочет ко мне прикасаться или как-то не так смотреть,

Прельстившись бедностью этою, — ох, как я вам не советую!

Лучше б вам не рождаться или сразу же помереть.

 

Ну, как?

Кстати, для тех, кто не знает: "Грейхаунд" — эт самая мощная автобусная сеть в США, один раз имел удовольствие попользоваться (Чикаго — Бостон). Двухэтажные автобусы (как у Быкова) как-то не попадались.

[Old Vig 2 672]

Грустное, практически безнадёжное:

 

Дмитрий Быков обозреватель

Во глубину российского режима-с заглядываю, словно в полынью, — ​и вижу, что эпоха наложилась на возраст мой, да и на жизнь мою.

<...>

Меж тем себя я чувствовал в траншее, а может быть, во рву с клубками змей; потом все стало несколько смешнее, но делало меня при этом злей.

<...>

Ты думал, все пройдет, — ​а тут утроба, родная почва, вечный чернозем. И тут во мне и впрямь проснулась злоба, — ​но самое смешное, что и в нем.

<...>

Тут не было ни гордых, ни крутых: добро бы что-то вышло у кого-то! — ​но выйти не могло. Распад. Тупик. Такое было бурное начало, ....

<...>

Окончена последняя проверка, не слышится ни горнов, ни копыт, — ​здесь никому не взять отныне верха, и не над кем уже. Проект закрыт.

<...>

Что будет после — ​бунты, генералы, рашизм, война, анархия ли мать, опять гэбэшник, снова либералы, монархия — ​теперь уже плевать.

<...>

Но в старости и это все равно.

 

Какой гнилой, мрачный и, вообще-то, заслуженный пессимизм!

 

А в 93-м помнишь, господин приличный,

когда наш ДВР идейно анемичный

от жажды власти горе мыкал,

как ты по телеку с весёлой нотой

вдвоём с красоткой большеротой

в программе «Времечко» хихикал?

[klemm 412]

...в программе «Времечко» хихикал...

Правда штоле, хихикал? А над чем? Не помню чёта. Нельзя ли подробнее, старина?

[Old Vig 2 672]

...в программе «Времечко» хихикал...

Правда штоле, хихикал? А над чем? Не помню чёта. Нельзя ли подробнее, старина?

 

Над пришедшими к власти "дерьмократами" хихикал. Потому что у них не получалось с экономическими реформами. ( Как будто, если бы Гриша Явлинский был вместо Гайдара, то у него всё получилось бы ... .)