nonic

Ваще-то пример уникален по многим параметрам, иллюстрация бессмыслицы нонешних экономических отношений, ага: пару веков назад все обязательства покрылись бы единственным векселем в сотню баксов, а теперь они порождают увеличение ВВП минимум на сотню с процентами для финансового сектора, при этом проценты рискуют превратиться в неоплатные долги.

- А Динамо бежит? - Все бегут! ©

Угу, понял, конкретики у нас, увы, нет, топим тему, наезжая на оппонента. Демагог вы, батенька.

Знаете, есть у меня любимый анекдот: В городок приехал богатый турист. Оставив в залог 100$ хозяину гостиницы, он поднялся посмотреть комнаты отеля. Хозяин гостиницы, не медля ни минуты, берёт купюру и бежит с ней к мяснику отдать долг. Мясник, с купюрой в руках, бежит к фермеру и отдаёт ему долг за говядину. Фермер отдает долг владельцу автомастерской. Владелец мастерской направляется в местный магазин и отдаёт долг за продукты. Хозяин магазина бегом к местной девочке по сопровождению, которая из-за кризиса "обслуживала" его в долг... Девочка сразу бежит к хозяину гостиницы и отдаёт ему долг за комнаты, которые она снимала для клиентов. В этот момент обратно спускается турист и говорит, что не нашёл подходящей комнаты, забирает залог и уезжает. Никто ничего не получил, но весь городок теперь живёт без долгов и с оптимизмом смотрит в будущее. Автора, увы не ведаю. Наши газы, нефти, никели играют в экономике роль той оставленной в залог сотни, если изъять доходы от их экспорта из экономики, то вся экономика зависнет в ожидании богатого туриста.

Знаете, лапушка, вы меня всегда умиляете! Удивительные у вас способности: а. Всегда отвечать на вопросы, не вам задаваемые; б. Отвечать невпопад. Ну, раз уж вы начали мне отвечать вместо старого мальчика, который и комплимент умудряется воспринимать аки оскорбление, то уж напомните мне, ненормальному-не-идиоту или нормальному-идиоту, пожалуйста, что такого случилось на моем веку, способное привести к кровавой смуте? Тока, пожалуйста, не общие рассуждения, а факты, ага?

Вы уж изввините, деточка моя, но дочитать ваше творение раскраска дюже мешает. Вам не кажется, что вина Гайдара как раз в том, что он те институты под седло и готовил, не? И, кстати, вы меня не просветите, когда у нас кровавая смута намечалась? А то я как-то тот момент пропустил.

Угу, и вся Россия в пене. Пойти, Балтики тяпнуть нешто... Чщшшетверочшщшки...

Угу, породу в куче не спрячешь. А в прочем, привет! Че-то давно я не хворал.

Справедливости ради: Ковров, ага.

Тады уж до кучи: http://echo.msk.ru/blog/aillar/784560-echo/ ЗЫ. Приложение http://cdn.echo.msk.ru/snd/2011-06-10-att-history2-2007.mp3

http://www.iea.ru/macroeconom.php?id=25 http://iea.ru/article/macroeconom/continent146.pdf

Концентрация капитала, по мысли Маркса, служила делу пролетарской революции больше, нежели борьба рабочего класса за свои политические права. Пролетариату при высокой степени концентрации капитала и наработке навыков планового управления столь сложными объектами достаточно было лишь, взяв уже заботливо сконцентрированные буржуазией средства производства в свои руки, приступить к осмысленному, рациональному производству. "Пролетариат берёт государственную власть и превращает средства производства прежде всего в государственную собственность. Но тем самым он уничтожает самого себя как пролетариат, тем самым он уничтожает все классовые различия и классовые противоположности, а вместе с тем и государство как государство." (Ф. Энгельс) Заботливыми руками синдиката Госбанка и русских банкиров, с 1912 г. скупавшего падающие акции российских предприятий, Думы и правительства, отказавшихся от жесткого золотого стандарта, а затем утвердивших предельные указные цены, военно-промышленных комитетов, распределявших по тем ценам в условиях растущей инфляции госзаказы и сырье для тех заказов, были созданы условия для немыслимой в мирное время концентрации капитала в руках государства, охотно бравшего в казну на время войны предприятия, принадлежавшие тому самому синдикату, чтобы покончить с забастовками, добиться своевременности поставок и планомерности в производстве. Взамен банкиры получили места в правительсттве, дабы обеспечить эту планомерность, так что, Е. Гайдар отнюдь не первый, кому пришла в голову эта блестящая мысль о равноценности собственности и власти. Пролетариату, действительно, осталось только взять "государственную власть и превратить средства производства прежде всего в государственную собственность". Правда, вместо того, чтобы уничтожить пролетариат как класс и государство как государство, пролетарская революция обратила все население в пролетариат, но, надо отдать ей должное, все-таки уничтожив при этом все классовые различия. В ее итоге, вместо обещанной общедоступности благ и освобождения труда, мы получили этакий эгрегор капитала. Ну, вроде того самого нашего гипотетического акционерного общества, аннулировавшего свои акции и тем самым сведшего свой уставный капитал к нулю. Само же государство вместо тихого засыпания после успешно проведенной пролетариатом операции поступило в охрану к новорожденной корпорации. Тот, кто полагает, что Маркс всю свою жизнь занимался научным обоснованием освобождения рабочего класса от гнета класса буржуазии, увы, заблуждается, амбиции Маркса простирались гораздо шире: Маркс всю свою жизнь посвятил опровержению постулата Гегеля о трансцендентности истории, Маркс был уверен, что смысл и цель истории не только постижимы, но уже постигнуты им, и этот смысл уже близок к своему воплощению, а цель истории вот-вот будет ею достигнута. Победа рабочего класса была необходима Марксу только в качестве зримого подтверждения его победы над Гегелем. Завершение истории означало бы и конец философии, а человеком, положившим последний камень в ее здание, стал бы тоже Маркс. Энгельс, скажем, в том и не сомневался: "Современный материализм - ...вообще уже больше не философия, а просто мировоззрение, которое должно найти себе подтверждение и проявить себя не в некоей особой науке наук, а в реальных науках. Философия, таким образом, здесь «снята», т. е. "одновременно преодолена и сохранена".

Это - Ксенофонт Афинский, его Экономика, труд положивший начало и давший название целой научной отрасли. Если верить Ксенофонту, простое накопление богатств индивидом - свидетельство того, что этот индивид не умеет им пользоваться, и оно перестает быть его имуществом, более того, он рискует попасть в зависимость от своего богатства. Чтобы богатство человека, переросшее его умение и возможность им пользоваться, оставалось его имуществом, остается только заняться "комбинированием и рекомбинированием прав собственности" - передать лишнюю часть того богатства в совместное владение. Этим способом сохранения своего имущества пользовались еще задолго до римлян, римские же коллегии, основанные на совместном владении, включали в себя едва ли не всех римлян, да и сам Рим был ничем иным как огромной коллегией, находящейся в совместном владении римского народа. Право распоряжения имуществом коллегий принадлежало доверенному лицу совладельцев, оно было обязано распоряжаться имуществом и использовать его в интересах своих доверителей. Обязательства, данные этим лицом, могли касаться только доверенного ему имущества и не распространялись на прочее имущество совладельцев. Бывали коллегии практически вечные, такие, как похоронные коллегии, бывали и коллегии временные, существующие до той поры, пока у коллег не закончится срок откупа, или не самортизируется их имущество, например, корабль. После отмены запрещения Цезарем всех коллегий, начиная с Августа, любая коллегия должна была испрашивать дозволение на свое существование у Сената. Коллегиальный Рим кончился, началась Римская Империя. Из права римского обязательность официального постановления законодательного органа об образовании новой коллегии перешло и во все европейские кодексы и статуты. Первые акционерные общества в большинстве своем основывались на откупе регалий. Вест Индская Компания, например, откупила у Генеральных Штатов права на колониальную торговлю, на управление существующими колониями, на их защиту и на поиск новых колоний сроком на двадцать лет. Первые ее акционеры, помимо дивидендов на акции, ежегодно получали и одну двадцатую от своих первоначальных вложений. В принципе, такое положение вещей устраивало акционеров, но не устраивало директораты обществ и директорат Амстердамской биржи, ведшей торговлю акциями, потому из пыли времен было вытащено толкование норм римского права, призванное объяснить вечность существования имущества церквей и университетов, оно в тех толкованиях было признано принадлежащим в первом случае телесности благой, а во втором - искусственной или юридической, так на свет появились корпорации-телесности, обладающие юридическими лицами. С той поры имущество корпораций тоже стало вечным, акционеры удовлетворяются дивидендами, а директорат превратился в управляющих имуществом не совладельцев, а самой корпорации, а потому и действует в ее интересах, предполагая, что эти интересы и есть интересы акционеров. Количество живых акционеров неуклонно сокращается, уступая свое место иным корпорациям. Есть и страны, где двадцати крупнейшим национальным корпорациям принадлежит по пять процентов своих акций и акций остальных корпораций. В принципе, ничто не мешает любой корпорации выкупить все свои акции и аннулировать их, тогда получится просто идеальная корпорация. Как вы считаете, кто будут совладельцы той корпорации, части чьей собственности будут составлять эту телесность?

Кажется, "стечение букв бств так полюбилось нам" вскоре после появления у Екатерины I Собственной Е..И. В. вотчинной канцелярии, канцелярия была отделена от всех государственных учреждений и занималась исключительно личным имуществом государыни. Сейчас эту контору можно бы было назвать личной или частной, но во времена Екатерины бытовали только личные (с ударением на второй слог) полотенца и частные приставы. Производное от прилагательного "собственный" существительное "собственность" появляется в языке для обозначения исключительной принадлежности некоего имущества определеннму лицу, его личного имущества. Иной собственности русский язык не знал вплоть до появления переводов с французкого, немецкого и английского, но и "propriété privée", и "privates Eigentum", и "private property" означают в них только одно: личное свойство, определение лишь указывает в этих языках на то обстоятельство, что речь идет не о свойствах вообще, а о свойствах личности. Кабы Екатерина свою канцелярию назвала не собственной, а свойственной, может быть, и не пришлось бы сейчас разводить турусы на колесах. Явление народу частной собственности, подкрепленное авторитетом отечественных докторов от философии, заставило предполагать наличие у нее неких качеств, выделяющих ее из обычной собственности, хотя первое время самим докторам, способным читать "Юго" там, где по русски ясно напечатано "Гюго" , и "Айвенго" вместо напечатанного "Ивангое", все представлялось несколько иначе. Увы, те доктора вымерли, новые же поколения докторов стали ближе к народу и заговорили о существовании личой собственности, собственности государственной, собственности общенародной, и, как записано в нашей Конституции, "иных форм собственности". Что произойдет с частью вашей собственности, если вы объедините ее с частью собственности вашего приятеля для неких низменных или возвышенных целей? Вы утратите право распоряжения этой частью, а, следовательно, она перестанет быть вашей собственностью, распоряжаться ею с момента объединения вы сможете только совместно с приятелем. Попробуйте произнести слово "сособственник", не получается? И правильно не получается, пока нас не убедили в ином наши доктора от философии: выделенное вами из состава вашей собственности имущество теперь находится в совместном владении, а вы с приятелем совладельцы. То же относится и к любой "иной форме собственности". Любая "комбинация и рекомбинация прав собственности" в итоге дает их утрату, но зато собственностью становятся плоды совместного владения. Чтобы наделить это владение правами собственности, пришлось сделать вид, что этот имущественный комплекс обладает личностью. Вот века с XVII и гуляют разнообразные фальшивые личности, личности моральные, легальные, юридические, встречаются среди них даже тела телесные, и все это только ради обоснования прав корпораций на существование отдельное от своих владельцев. К ХХI веку мы пришли к почти полному уничтожению собственности - поглощению нашего имущества корпорациями и государствами, разделившими право на фальшивую личность с корпорациями. Собственность на глазах пары поколений сублимировалась, но пока вовсе не в сторону общедоступности порождаемых ею благ. Начало накоплению того имущества, коим заведовало Личное управление Е.И.В. по делам наследства, было положено еще великим государем Симеоном, даровавшим его существенную часть дворянину московскому Ивашке Васильеву. Ивашка тот в бытность свою великим государем всея Руси, великим князем владимирским, московским, новгородским, царем казанским, царем астраханским, государем псковским, великим князем смоленским и прочая, и прочая, вдруг осознал одно обстоятельство: несмотря на обширность своих владений, распоряжаться ими он не может, это право принадлежит приказам, думе, кому угодно, но только не ему. С отчаянья он потребовал выделить ему вдовью долю, но и опричнина вскоре тоже оказалось вовсе не тем имуществом, что жаждал государь. Тогда он, вернувшись на царство, отказался от всех своих владений и вместе со всей титулатурой передал их Симеону Бекбулатовичу, чтобы уже из его рук получить в свое распоряжение хоть малую толику от тех владений. В общем, Иван Грозный, в отличие от нынешних докторов, прекрасно осознавал разницу между владением и собственностью.

Продолжение следует.

Если и прежде было вам скучно, то сейчас будет еще скучнее. Итак, состояние, богатство [estate] первобытного индивида возникает в результате приложения им труда, являющегося проявлением его жизненных сил и свободы целеполагания [life and liberty], к общедоступным [пребывающим in common state] дарам дикой природы и иным ее проявлениям, своим трудом этот и ему подобные индивиды преображают природу и создают новую природу, более пригодную для человеческого бытия. В конце концов, эта изначальная общедоступность и вовсе исчезает, постепенно переходя в состояние [estate] наиболее умелых и удачливых индивидов, становясь частью их самих, частью их естества, сущности, то есть частью их собственности [property]. Состояние, богатство постепенно превращается в гарантию независимости, а значит, и свободы применения жизненных сил своего обладателя, потому вскоре оно начинает представлятся самой сущностью индивида, почти синонимичным его собственности. Прочие же, лишенные состояния, становятся ущербными, расчлененными, бессущностными [unwesen, К. Маркс]. Преобразование природы со временем заходит столь далеко, что возникает иная природа, техногенная, индустриализация охватывает все сферы человеческой деятельности, и труд уже нигде не может оставаться индивидуальным трудом, по необходимости он становится частью труда общего, но доступность плодов общего труда, как и свобода применения жизненных сил, по прежнему зависит от наличия у индивида состояния-собственности, на этом этапе развития человечества нашедшей свое отражение в капитале. Эта техногенная природа благодаря общности труда уже сама предполагает общедоступность ее плодов, мешает же этой общедоступности лишь состояние-собственность, дающая право на их распределение, тем самым сохраняя расчлененность сущности всех, не обладающих состоянием. Расчленение сущности индивида может быть преодолено только тем самым снятием собственности, которая сохранит себя, отрицая себя, и сублимируется в своем сохраняющем самоотрицании, или, говоря языком Лопатина, возвышением собственности. Результатом этой сублимации будет возвращение к общедоступности плодов на сей раз уже техногенной природы, собственность, освобождаясь от своей связи с состоянием, освободит и жизненные силы, ущербный индивид, наконец, вновь станет цельным. Препятствовать накоплению плодов и образованию новых состояний призвана сублимация потребностей (кстати, еще одна жертва пресловутого возвышения). Явнее всего эта сублимация, осознанный отказ от обладания и предпочтение ему владения и пользования, проявляется в распространении аутсорсинга и лизинга. Прежде большие гостинницы пользовались собственным постельным бельем, что вынуждало их содержать склады, прачечные и целые отделы, озабоченные своевременной заменой износившегося белья, закупавшие новое и утилизирующие старое. Теперь те гостинницы спихнули эту обузу на специализированную компанию, которая и предоставляет постельное белье в пользование, и стирает его, и следит за его состоянием. Обладание, и даже владение постельным бельем становится невыгодным, дешевле пользоваться бельем таких компаний. Ну, а среднемировой автовладелец уже давно отказался от обладания автомобилем, владея автомобилем, принадлежащим лизинговой компаниии. Таковы вкратце диалектические предпосылки снятия или уничтожения собственности как категории отношения и возврашения ее в категорию модальности. Не берусь пока судить, прав был Маркс или нет, но в его диалектических построениях не находится места для частной собственности, противостоящей в нашем сознании не столько казенной и публичной, сколько личной собственности.

Законодательно оформленная собственность появилась в Российской Империи в 1832 г., и появилась она именно в том качества, что подразумевал английский парламентарий, заявлявший, что тот, среди чьего добра нет собственности - не свободен, то есть в качестве обособленного от земель казенных, городских, общинных и пр. земельного участка, владелец коего мог им пользоваться и распоряжаться по своему усмотрению. Естественно, мыслилась та собственность исключительно как собственность отдельного, частного лица, распространению же в нашем языке частной собственности мы тоже обязаны переводчикам. Личная собственность для русского уха в XIX веке еще звучала как масло масляное, потому, ничтоже сумняшеся, приватную собственность переводчики трудов по политической экономии, при отсутствии в наших палестинах таких понятий, как собственность казенная и публичная, произвели в частную, нечаянно расширив понятие, которое вопреки всем переводимым ими источникам захватило все, что не является собственностью публичной и казенной. Мы же до сих пор спокойно относимся к применению понятия частная собственность и к собственности совместной, и к собственности кооперативной, и даже к собственности корпораций, но для переводчика частная собственность остается по прежнему приватной, индивидуальной. В итоге, когда переводчик встречает в тексте именно частную собственность, он ее попросту не узнает. Привет научной редакции и ее корректорам! Индивидуализированная собственность - собственность, обладающая индивидуальностью, юридическое лицо. Прочтя издание, следующее за "настоящим изданием" и лишившееся столь пространного объяснения тайн переводческой кухни, можно свято уверовать в то, о чем сам автор и не подозревал, ведь Хайеку всего лишь мешало это узкое значения английского словосочетания private property, то есть личная собственность.Private property в английском языке дополняет joint property, собственность общая, совместная, но понятие, объединяющее их, отсутствует, потому Хайеку пришлось заимствовать изобретенную Генри Саммером Мэном еще в XIX веке, но так и не получившую распространения в английской литературе, частную собственность, именно частную, ибо в русском языке слово частная обозначает применительно к собственности как раз то, что в английском обозначает слово several (отдельная, обособленная, а также личная, индивидуальная) и точно так же противопоставляется общественному и государственному, как слово частная. Все бы это не имело особого значения, если бы слово "частная" не сыграло роль в нашей истории роль, едва ли не более важную, чем слово "возвышение".

Слово property досталось Англии вместе с норманнами, получившими его в наследство от римлян. Обозначало это слово некую субстанцию индивида, его естество, сущность, отличающую его от всех прочих индивидов, включающую в себя среди прочих личностных характеристик и его имущество. Возможно, к XVII веку обладание землей стало важнейшей личностной характеристикой, поскольку именно от величины земельной ренты зависела сумма налоговых выплат и избирательное право индивида, и потому с течением времени значение слова property перешло с целого, на его наиболее значимую часть. Во всяком случае, и в Римской Империи прародитель слова property слово proprietas ко времени появления на свет Дигест претерпело такую же трансформацию. Если верить Далю, то и в русском языке бытовало слово точно с таким же значением и схожей судьбой: Честно говоря, я затрудняюсь найти обобщающее понятие, способное заместить ту собь, собирающее, подобно Локковой property, воедино жизнь, свободу и состояние, может быть, это и достояние, но уж никак не собственность. Собственность - вообще больное место у наших переводчиков, они готовы видеть ее везде, но если же им грезится собственность частная, то они готовы ее обнаружить даже у Локка. ...все плоды... и все звери... произведены рукой дикой природы, и над ними ни у кого изначально нет особой власти, недоступной остальным... Как вы думаете, где здесь может скрываться частная собственность? Правильно, под private dominion: Того и гляди, появится очередной доктор наук и...

В общем, получается из Локка этакий социалист, полагающий за государством обязанность наделять собственностью неимущих, ибо и у них есть неотъемлемое, поскольку естественное и прирожденное, право на собственность, гарантированное самим государством. Обратимся к самому Локку; Оказывается, под естественными правами и таинственной "тройственной формулой" скрывается естественное право на защиту своей жизни, своей свободы, и своего состояния, и только это право мы добровольно делегируем государству - право защиты нашего достояния от посягательств, только это право, а не право на защиту прав, хотя бы и естественных, это, если мы читаем сам труд Локка, а не его изложение доктором от философии. Попробуем порефлексировать и понять, что же все-таки разумел Локк под словом property, объединившем у него и жизнь, и свободу, и состояние. Если для англоязычного читателя это слово тянет за собой целый ворох понятий и коннотаций, то русскому переводчику все это безразлично, ему известно только одно значение - собственность, несмотря на то, что слово property именно в этом значении и не употреблялось вплоть до XVII века, да и тогда оно стало обозначать лишь земельную собственность. Это ляпнул уже иной доктор в подтверждение своего столь же спорного тезиса, сколь и само существование того парламентского акта.'He that hath no property in his goods,' said a member of Parliament in 1624, 'is not free.' "Тот, в чье имущество не входит недвижимость," сказал член Парламента, "не свободен". Если кому интересно, последствия сего высказывания зафиксированы в акте, освободившем от порки мелких дворян. Понятно, что и земельная собственность не имеет никакого отношения к той property, вмещающей в себя и жизнь, и свободу, что имел в виду Локк.

утверждает .доктор философcких наук, главный научный сотрудник Института философии РАН Эрих Соловьёв в своей статье Феномен Локка. Объяснить этот парадокс оказалось не по силам и автору объяснения, из коего прямо следует, что сами вы более священны, нежели ваше существование, хотя при этом ваша жизнь столь же священна, сколь и вы. Иначе говоря, ваша жизнь отрывается от вашего существования, ваше существование признается ничтожным по сравнению с вами, вашей жизнью, вашей свободой и вашей собственностью. Кажется, на наших глазах происходит "снятие Человека, который отрицает себя, сохраняя себя, и сублимируется в своем сохраняющем самоотрицании," и мы попадаем в область трансценденции. Снять это противоречие можно, только предположив, что в итоге собственником самого "эмпирического индивида" оказывается то ли Бог, то ли Высший Разум, то ли сама Собственность, но при этом пропадает постулируемая Локком в качестве естественного права свобода, "эмпирический носитель" собственности просто принуждаем ею к труду, дабы она имела возможность самовоплотиться. Хотя, с другой стороны, Вы еще не запутались в построениях доктора от философии? Кажется, тройственная формула почерпнута доктором Соловьевым из корявого перевода, в коем собственность последовательно путается с владением, тем же владением порой становится состояние, которое может затем явиться то собственностью, то имуществом,, а человек в конечном итоге признается самому-себе-собственником Похоже, все изыскания доктора вовсе не опираются на текст Локка, скорее они сродни изысканиям на тему Человека, возвысившегося в своем сохраняющем самоотвержении.

Некогда один переводчик изобрел русское слово "возвышение" для замены вполне понятного всякому российскому гегельянцу понятия "сублимация". Не знаю, может, Лопатин Гегеля и читал, просто ему захотелось побыть немножко Ломоносовым, заменившим "оксиген" "кислородом", а "гидроген" "водородом", тем паче, что он только что произвел чудесное словечко "отчудить" от "отчуждать", а, может, просто не был знаком с терминологией, будучи неофитом в политической экономии и философии, одного Маркса и прочитавшим, но Сталин определенно с трудами Гегеля знаком не был, потому и словосочетание "возвышение классовой борьбы" толковал именно так, как его слышал, в итоге мы получили Большой террор вместе с безупречно марксистским его обоснованием. История - трансценденция. Она - снятие Человека, который отрицает себя, сохраняя себя, и сублимируется в своем сохраняющем самоотрицании. Любой, чей разум не испорчен диалектикой, поймет, что он ничего не понял из фразы, сказанной Гегелем, и либо пойдет постигать азы, либо забросит этого Гегеля подальше, найдя себе более понятное чтиво. Но обязательно найдется какой-нибудь доброжелатель, возжелавший приблизить Гегеля к русскому народу, и, исходя из собственного понимания, произведет на свет нечто этакое: История недоступна человеческому сознанию. Она - уничтожение Человека, который отвергает себя, оставаясь собою, и возвышается в своем сохраняющем самоотвержении. Экий простор открывается для размышлений! Можно из одной этой фразы построить, по меньшей мере, аж три взаимоисключающих теории, апологеты коих будут аппелировать к одному источнику. UPD. Ну вот, пожалуйста: "Не случайно один из глубочайших умов нашего столетия К.Ясперс даже был вынужден заметить, что "история имеет глубокий смысл, но он недоступен человеческому сознанию". М.МУНТЯН, доктор философских наук.

Радость моя, Нам Бок! Ткните, наконец, правым мышом в любую папку, и вам откроется, что файлы тоже имеют собственность, или, по русски говоря, свойства. Поелику вы все не унимаетесь, придется специально для вас перетащить сюда некий текст. Ага, благодарю, уже лучше, осталось только сменить ник. Скажу вам по секрету, что не только Энгельс в своих работах опирался на труды Локка, но и, страшно подумать, Маркс. Пока, пока! ЗЫ. Текст здесь.

Если у вас ко мне иных вопросов не осталось, то можно.

Обычно я ваш мат в мой адрес стараюсь не читать, но тут грипп у меня, скучно, ну, от скуки и прочитал. Прочитав, подумал: неужто мой пассус апп сублимацию следует непосредственно за "и..."? Неа, поздравляю вас, господин соврамши, далее следует именно то, что я вам и привел, начав таскать сюда из Корыта. С пропуском одного кусочка, который мне здесь показался очень уж неуместен, бо оскорбителен для всякого не идиота. Вот этот кусочек; http://www.OTKPblTO.RU/index.php?showtopic=15483&view=findpost&p=1006986 Ладно, белый человек, живите дальше в комфорте, что пока вам обеспечивает моя частная собственность. Думать вы, конечно не умеете, но на всякий случай:

Неа, это Шевцова ЗЫ. Опыт и уроки 1990-х