Old Vig

Статья читабельная, но смысла последнего предложения я не понял: "Только тот, кто осознает чудовищную опасность, которую представляет собой тоталитаризм для всего свободного человечества, может принимать его со всеми метастазами, возникающими вплоть до настоящего времени".

Продолжение. “Не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое приносить плоды добрые” (Матф.7:18). Вернёмся, однако, к статье, удостоившейся чести быть вывешенной на площадке нашего форума, отнюдь не случайно. Её автор, лепя сомнительные парадоксы, пытается убедить читателя в отсутствии победителя во Второй мировой, не находя его даже среди принимавших капитуляцию фашистской Германии. По Губину «вирус национальной исключительности» мутировал в организм победителя (имеется ввиду СССР ? ), чем свёл на нет всю победу. Правда, при этом ему пришлось стать «вирусом социальной исключительности» – так автор объясняет свой «парадокс». Наверное, под социальной исключительностью он понимает классовое превосходство гегемона перед прочими сословиями? Но ведь и без того тело СССР было так плотно напихано этим вирусом, что вряд ли пришельцы-мутанты (даже если допустить, что таковые случились) могли сыграть сколько-нибудь значительную роль в отказе наделить СССР лаврами победителя. Нет, здесь другое, автор статьи определённо дуркует, что-то скрывая. Поможем ему найти победителя в той войне. Ну, хорошо, если это была война идеологий, в которой национал-социализм потерпел поражение, то возникает вопрос более чем естественный: кто победитель, как называется победившая идеология? Военная победа ознаменовалась подписанием Акта о безоговорочной капитуляции фашистской Германии. Но этого не произошло бы, не будь у победителей социально-экономического превосходства, не будь преимущества морально-политического. Это не локальный военный конфликт, где победа зачастую обусловлена ситуативными факторами. Это мировая война, в ней победа достигается только одним – цивилизационным превосходством духовной и материальной культуры. Напомним, что и Первая мировая так же была войной идей – тех же самых идей и с тем же исходом. И хотя России досталась в ней роль противоположная победному 45-му году – роль поистине трагическая, – но обе мировые войны схожи одинаковым финалом для Германии. С той лишь разницей, что в первом случае потерпел поражение немецкий социализм, во втором – немецкий фашизм (нацизм). Победителем же в обоих случаях был Запад (либерализм). Подозреваю, что здесь читатель споткнётся: «Какой, к чёрту, социализм в Германии начала прошлого века, если всем известно, что страной, начавшей строить настоящий социализм, был СССР?». Увы, должен потревожить валуны исторической дезинформации, привнесённые в общественное сознание последним оледенением советского периода: в предфашистской Германии был самый, что ни на есть настоящий социализм со всеми его родовыми атрибутами. Вот легко проверяемые, документированные сведения. Благодаря всеобщему избирательному праву (1867 г.) депутатами Рейхстага становятся вожди немецкой социал-демократии В. Либкнехт и А. Бебель. К 1914-му году социал-демократы заняли все ключевые места в Рейхстаге, в муниципальных советах, в арбитраже, в судах, в системе социального обеспечения и т.д. Социалистическая доктрина так глубоко проникла в государственный организм, что стала, по сути, господствующей идеологией. К началу Первой мировой войны социал-демократическая партия Германии насчитывала 1 млн. членов и имела самую многочисленную фракцию в рейхстаге. В 1928 году столичные и местные власти контролировали больше половины национального дохода (по тогдашним официальным данным – 53%), а косвенно – всю экономическую жизнь страны. Характерно высказывание одного из предтеч национал-социализма, представителя левого крыла социал-демократической фракции в Рейхстаге Пауля Ленша. В одной из его книг, написанных во время войны, со знанием дела говорится, что в Германии Извольте получить доказательства того, какая именно идеология победила в Первой мировой войне, так сказать, из первых рук. Вот лишь одна красноречивая фраза из книги апостола национал-социализма Меллера ван ден Брука «Социализм и внешняя политика», написанной как раз в 1933 году. Для него, как и для Освальда Шпенглера, как для родоначальников доктрины национал-социализма В. Зомбарта, И. Пленге, Ф Фрида и др. врагом номер один была вовсе не Россия, а либерализм: Идеологической откровенности, каковую выказывал фашистский идеолог, не может позволить себе автор статьи «80 лет, как Гитлер у власти. Над (д)умами». Ведь тогда придётся легитимировать словоупотребление, в котором антиподом фашизма выступает не что иное, как либерализм. А этого ему смерть, как не хочется! Не может он допустить, чтобы общественное сознание воспринимало либерализм как антитезу фашизма и видело в либерализме единственное действенное противоядие от фашизма. Поэтому он, как в боксе, делает глубокий «нырок» и наносит по читательскому воображению серию мелких, рассчитанных на зрелищность, ударов – проводит аналогии между политическими, программными и полицейскими практиками нацистской Германии и путинской России. Правда, эти сравнения (штурмовики – казаки; программа НСДАП – извинения Познера за «госдуру»; «огненные речёвки» при сожжении книг нацистами – сегодняшняя фразеология «Едросов») – кажутся слегка натянутыми, вызванными желанием понравиться оппозиционной аудитории. А уж на фоне солидных Гайдаровских параллелей России с Веймарской республикой выглядят дешёвым конферансом. Расположив к себе аудиторию неожиданными сравнениями подобного рода, Губин забивает предпоследний гвоздь: «Такое государство может держаться только на идее, идеологии (ведь идеология – это единственный инструмент, позволяющий осуществлять тотальный контроль не только над общественной, но и над частной жизнью)» Обратите внимание, как ловко, почти незаметно журналист-фокусник выполняет трюк: вместо идеи расового превосходства («идея исключительности – это вирус») у него вдруг фигурирует просто идея или любая идеология, как «единственный инструмент, позволяющий осуществлять тотальный контроль …». Цель достигнута – сознание читателя купировано идеократическими моделями Третьего рейха и СССР. Уже как-то и не думается, что начало статьи ( «… в основе Вторая мировая была войной идей») предполагало существование некоей иной идеологии, противоборствующей фашизму и свернувшей ему шею. Главное, чтобы читатель понял: любая серьёзная идеология – это большая бяка. После этого в подготовленные читательские головы можно вколачивать последний гвоздь: «В России сегодня идеологии нет. В России нет национальной идеи. … И в этом пока что наше великое счастье». Вот это нюх на социальный запрос! Этот пишущий прохиндей верно уловил умонастроения значительной части мыслящей постсоветчины: «А по мне любая беспринципность краще четкой идеологии» – выдал как-то на форуме замечательный своим презрением к обинякам мембер. Явно не понимая, что серьёзная, кодифицированная каким-либо мировоззрением идеология есть продукт моральных практик, или функция от нравственных принципов, он лихо бравирует своей деидеологизированностью: «Разве я Вам не сообщал, что мне нахезать на любую "идеологию"? Напоминаю об этом и поясняю: и на Вашу в том числе». Смех, да и только. Перефразируя известное изречение, «хезать» на идеологию, это ведь тоже идеология, да ещё какая борзая! Ну, надо же, какое это счастье, что у России нет национальной идеи и нет никакой идеологии: ни коммунистической, ни национал-социалистической. Но главное – sic! – нет их антипода. Нет в России той идеологии, которую Губин подверг остракизму, когда выдавал свои «парадоксы» про отсутствие победителя во Второй мировой войне. Настоящее, большое счастье, которое он даже боится спугнуть изреченным словом, даёт ему сокровенная мысль: в России нет идеологии либерализма. Той самой идеологии, что в двух мировых войнах последовательно сотворила кирдык сначала немецкому социализму, затем его сынку – национал-социализму. А уже после них, в холодной войне – социализму советского образца. Эта мысль ему до такой степени неприемлема, органически непереносима, что об её озвучивании не может быть и речи. А то обстоятельство, что в путинской России звучит в качестве государственного сталинский гимн, что вся топонимика пестрит коммунистическими символами – это, значит, не идеология. Какая такая идеология в стране, которая никак не желает похоронить труп советской империи, где «ментальный распад останков советского народа»© сопровождается «Русскими маршами» под лозунгом «Россия – для русских»? Где между различными группами социалистического и националистического толков идёт соревнование за то, кому оседлать стихийный социальный протест, а сознание масс сплачивается образом врага ( грузины, евреи, хачи, даги, америкосы, гомики, либерасты и т.д.) – разве это идеология? Итак, в покрывало исторического невежества и спонтанной лжи, которыми в России пытаются укрыть анамнез и диагностирование страшной болезни, сей журналишко внёс свою тряпицу. Но его вклад много скромнее того, что в своё время внёс Гайдар, крепко подпортив «веймарскими этюдами» свой замечательный капитальный труд «Гибель империи». Слова Гайдара о системной лжи социал-демократических властей Веймарской республики, как важнейшем факторе прихода к власти нацистов, в известной мере можно отнести к сегодняшней ситуации в России и к нему самому: Ещё до Пионтковского, пытавшегося разорвать родных братцев социализма – фашизм и коммунизм – пустив их по разным дорожкам, Гайдар странным образом не разглядел их кровного родства. Смакуя аналогии и проводя параллели между Веймарской Германией и постсоветской Россией, он с мистическим удивлением отмечал их внешнюю схожесть : Акцентируя внимание на верхушечном сходстве и внешних признаках и, тем самым, скрывая коллективистскую природу фашизма, его духовные корни, его социалистический генезис, губины-гайдары-пионтковские ведут общественное сознание по ложному следу. Стричь ногти человеку, когда симптомы предвещают острый аппендицит – не лучший метод лечения. Фокусировать внимание общества на внешнем сходстве условий Веймарской республики, стимулировавших приход нацистов к власти, с условиями крупнейшего фрагмента рухнувшей империи СССР – России, это всё равно, что обсуждать промозглую гриппогенозную погоду и игнорировать свойства самого вируса, как такового. Это вреднейший миф, если угодно, ложь, скрывающая причины движения постсоциалистического общества путинской России к фашизму. Фактор постимперского синдрома у жителей российской метрополии и имперски-ностальгические смыслы кремлёвской политики, на которые намекает Гайдар – это, конечно, внушает. Но они охватывают незначительный сегмент общественных умонастроений. Их влияние и рядом нельзя поставить с тем гнётом невежества, в котором пребывает общество, до сих пор не понимающее, что 70 лет правления «красных» с последующим 20-тилетним издевательством над либерализмом, есть не что иное, как внутриутробный период созревания русской модификации фашизма. Чем, если не мировоззренческим фактором, объяснить нежелание (неспособность?) Гайдара рассматривать реальность угрозы русского фашизма в идеологической модальности? Что, если не социалистический корень, помешало ему увидеть, что Россия повторят путь Германии к фашизму с временным лагом 90 – 100 лет? В своей наиболее идеологизированной работе «Государство и эволюция» Гайдар часто прибегает к цитированию Хайека. Тем не менее, он ухитряется не заметить, что сказано во Введении «Дороги к рабству»: Всё же любопытно и поучительно сравнить взгляды наших сегодняшних мифотворцев, спекулирующих на теме фашизма в силу социалистических рудиментов своего сознания, с тем, как смотрит на возникновение фашизма западная наука: («Дорога к рабству», глава 12 «Социалистические корни нацизма» http://sps.ru/?id=205214) Продолжение следует.

О таких, как этот Дмитрий Губин в народе говорят: "Умный, умный, а дурак". А пояснить? То бишь, - аргументировать. «Когда слова утрачивают свое значение, народ утрачивает свою свободу» © Охотно, уважаемый Артём. И пояснить и аргументировать. А также показать, что получается, когда помесь бульварщины с гонзо-журналистикой берётся ставить идейно-политический репертуар. Есть такой сложный и заманчивый публицистический стиль – катание читателя на качелях парадоксов. Он красив, эффективен, но труден и рискован – надо, хотя бы самую малость, соответствовать аудитории, читавшей у Пушкина: «и гений – парадоксов друг». В противном случае «парадоксы» оборачиваются пошлой развязностью масскульта. А уж если сочинитель таких «парадоксов» вторгается в социально-политическую область, то возникают вопросы: «Куда он гнёт? Зачем вбрасывает в медийное пространство откровенную политическую дешёвку? Чей социальный заказ обслуживает?» Именно такие вопросы появляются при чтении не просто дежурной статьи, посвящённой круглой дате, но материала знакового – статьи Дмитрия Губина «80 лет, как Гитлер у власти. Над (д)умами». Сначала обратим внимание на абсолютно верную мысль автора: « … Вторая мировая была войной идей, а идею водружением знамени утвердить нельзя … Если для выживания нужно мутировать (сменить национальную исключительность на, скажем, социальную либо религиозную) – значит, вирус будет мутировать». Это можно понимать и так и этак: что истинным победителем во Второй мировой был отнюдь не тот, кто первым укрепил знамя над фронтоном Рейхстага; что поражение военной машины ещё не означает сжигания идеологического топлива, на котором та машина работала; что оставшееся топливо было перелито в баки одного из победителей фашистской Германии – СССР («вирус мутировал в тело врача»). Этой мысли предшествует другая, так же претендующая на парадоксальность, но резко контрастирующая с первой своею абсурдностью: «…привычная парадигма победы – кто принял капитуляцию, тот и победил – неверна…» Стало быть, Антигитлеровская коалиция, чьи представители дважды (второй раз в Карлсхорсте 8/9-го мая) приняли капитуляцию фашистской Германии, победителем во Второй мировой войне не является? Автор этой статейки, конечно, не пошёл бы на столь рискованное заявление, если бы не полагал, что готовность читателя его скушать уже обеспечена его предварительным эпатажем: «…формула "СССР победил фашизм" является плодом сталинского агитпропа. И, что куда более серьезно – она, похоже, попросту неверна по сути. "Агитпропа" — потому, что фашизма в Германии не было (фашизм – итальянская история)». Оба-на! И фашизма в Германии не было, и СССР его не побеждал (!?). Что же тогда имел в виду Збигнев Бжезинский, когда писал: «Заслуга достижения этой победы должна быть признана за сталинским Советским Союзом, одиозным соперником Гитлера». (Бжезинский, З. «Ещё один шанс. Три президента и кризис американской сверхдержавы» М.: Международные отношения, 2007 ). Выходит, Михаил Ромм, создавший документально-публицистический шедевр – фильм «Обыкновенный фашизм», чего-то не понимал, если не догадался дать своему фильму адекватное название – «Обыкновенный нацизм»? А куда же смотрела его съёмочная группа, работавшая с кино и фото архивами Третьего Рейха и фотографиями из семейных альбомов эсэсовцев… как же так? А вот так! Если ты, глупенький читатель, до сих пор не знал, кого победил СССР, заплатив за эту победу 20%-ми (как минимум) своего населения, так теперь знай: вовсе не фашизм был им разгромлен, а совсем другой противник – нацизм. Так вот аккуратненько, исподволь автор статьи подводит нас к мысли: «оставьте фашизм в покое, не вешайте на него чужие грехи». Внося, тем самым, свою лепту в набирающую обороты компанию отмазывания фашизма. Обратите внимание, Артём, как плавно готовится общественное сознание к реабилитации фашизма. Здесь обыгрывается то обстоятельство политического словаря первой трети 20-го века, что слова «фашизм» и «национал-социализм» в то время действительно были семантически самостоятельными. И если бы члена национал-социалистической партии (нациста) назвали в то время фашистом, он в лучшем случае пришёл бы в недоумение. Но сегодня плодятся шулера, готовые спекулировать на явлении, известном в современной лингвистике, как семантическая деривация – изменение изначального смысла слова в исторической динамике. О хрестоматийных примерах изменения содержания понятий типа ошеломить, орать, гость, подлое (сословие) и т. д. все слышали. С политической терминологией сложнее. До сих пор удивляет метаморфоза, произошедшая в России на рубеже 90-х прошлого века со словами левые – правые. Демократы в ту пору почему-то именовались «левыми», а коммунисты – «правыми». Но после Августа 91-го они резко поменяли свою семантическую «полярность» на обратную. Залетевшие во власть «левые» демократы вдруг стали «правыми» реформаторами, а бывшие во власти коммуняки, оказавшись в оппозиции гайдаровскому кабинету, получили своё естественное тавро – «левые». Оказалось, что кодификация демократической волны определялась не нравственно-идеологическими критериями, но степенью присутствия демлидеров во власти. Однако русский язык посмеялся над идейно-теоретическим невежеством этих лидеров, пришедших туда не из бараков мордовских лагерей, не из диссидентского забугорья, но из кабинетов партийной номенклатуры, кафедр научного коммунизма, редакций центральных газет. И смех этот отозвался громким эхом провала демократических реформ. Или возьмите курьёз с поименованием себя «правыми» нескольких партиек демократического толка, объединившихся накануне выборов 3-й Думы (1999г.) в «Союз правых сил» под крылом ДВР. Позиционируя себя приверженцами европейских ценностей, они со своим брендом «правые» выглядели курьёзно на фоне ультраправого политического сегмента Европы. Ещё интереснее история с дефинициями слов нацизм и фашизм. Она лишний раз подтверждает тезис: эволюция языка не подчиняется ни декретам, ни каким-либо волевым решениям правителей. Попытки отравить живую ткань Языка политически конъюнктурными словечками кончаются для нравственного здоровья общества печально. Вместе с языком заболевает народ. Иногда и с летальным исходом. Язык в любом случае мстит за искусственные вторжения в него. Так же, как мстят и другие саморегулирующиеся структуры – мораль, право, рынок. Хождение в языковой среде постсоветского пространства понятия фашизм и попытки подменить его чем-то иным – наглядный пример такого мщения. Поистине, злую, заслуженную шутку сыграл Язык с наследницей советского Агитпропа – путинской пропагандистской машиной. О таких шутках обычно говорят: «Это ирония судьбы». Эта шутка в сегодняшней, протофашистской России многим стала костью в горле: логика развития путинократии неумолимо тащит страну в фашизм, а в сознании населения фашизм окрашен самым чёрным цветом – как тут быть? Статья Дмитрия Губина – пример того, как эту кость пытаются удалить. На что угодно перевести стрелки, только убрать из языковой памяти народа фашизм с его шлейфом страшных ассоциаций. Столкнувшись с присутствием слова «социализм» в наименовании государственной идеологии гитлеровской Германии, шеф-повара довоенной советской идейно-пропагандистской кухни были немало озадачены: лексическое родство неизбежно наводило на мысль о родстве идеологическом, духовном. Этого никак нельзя было допустить. Мошенничество с суффиксами (нацинал-социалистская партия) проблемы не решало. Но адепты советского политпроса были несравненно грамотнее нынешней пропагандистской обслуги Кремля. Они знали предмет досконально, оперируя не только анализом итальянского фашизма, но и материалами фашизма русского – идейной, организационно структурированной партии российских фашистов (РФП), возникшей в 1931году в среде русской эмиграции Харбина. Наконец, они располагали великолепной политической публицистикой родоначальника национал-большевизма профессора Н.В.Устрялова. Его очерки «Итальянский фашизм», (1928г.) и «Германский национал-социализм» (1933г.), посвящённые анализу фашизма, и по сей день служат выдающимся образцом научно-просветительской литературы. Хотя автор стоит на классовых, марксистских позициях, но он не изменяет своему принципу, заявленному в первой работе: «…но меньше всего данная работа задается какими-либо посторонними беспристрастному исследованию и имманентному предметному анализу задачами». Вот почему серые кардиналы Агитпропа СССР с научной точки зрения поступили безукоризненно, идентифицировав национал-социализм гитлеровской Германии, как типичную разновидность фашизма. Именно потому, что запущенная большевистским агитпропом лексема «фашистская Германия» идеально соответствовала сущности гитлеровской модели идеократии, она органично вошла в живую ткань русского языка. Из речи Молотова 22 июня 1941г. (выделено мною): «… вероломное нападение фашистской Германии на Советский Союз…». Из выступления Левитана 2 мая 1945 г.: « … немецко-фашистские войска разгромлены…» В современном толковом словаре русского языка Ефремовой этот термин раскрывается лаконично: Нацизм – Германский фашизм. Статейка Губина отнюдь не уникальна своим поползновением ревизовать политический словарь. Не буду преждевременно травмировать сознание читателя примерами, когда реабилитацией фашизма занимаются куда более солидные и известные публицисты, чем этот фокусник. Об этом ниже. А пока зададимся вопросом: чем объяснить спонтанную корректировку языковой среды, если не следующими мотивами: потребностью привести Язык в соответствие с чаяниями люмпенизированных масс, увлекаемых бесовщиной «русских маршей»?; подспудным страхом советских интеллектуалов перед научным открытием генетического родства фашизма с идеологией страны Советов?; подсознательным бегством от этого страха, тем более болезненного, когда человек сам являются хранителем социалистической духовной архаики? Продолжу через несколько часов.

Сим словосочетанием Вы хорошо напомнили о гигантских, но тщетных усилиях Муссолини поженить фашизм с социализмом. Лишь Гитлеру удалось устроить этот фиктивный брак, терминологически оголив националистические основы фашизма и чисто словесно привязав их к сущностным свойствам социалистической идеологии, коей они абсолютно чужды.А по пункту Ваших разногласий с Римским безусловно поддерживаю Вашу позицию и восхищаюсь умением донести ее до читателя. Увы, Геофизик, увы! Хорошо понимаю, как это больно -- признать кровное родство государственной идеологии страны, в которой ты вырос, воспитывался, учился и чего-то немалого достиг в жизни. Страны, которая была какой-никакой, но твоей родиной -- и вот теперь признать её генетическую общность с идеологиями самых чудовищных, человеконенавистнических режимов. Но если не знать этого, значит не понимать, что происходит, куда движется твоя страна. Значит бояться страшного, но правильного диагноза, предпочитая сладкую ложь горькой правде. Этой ложью, скрывающей реальные источники фашизации российского постсоциалистического социума, обвалакивал общественное сознание Гайдар (что будет показано в моих ближайщих постах), на эту же ложь нынче работает талантливое перо Пионтковского. Ещё бы не работать -- кому же легко признать свою изначальную коллективистскую единоутробность с фашистскими братцами. Можете сколько угодно игнорировать данные современной науки -- социальной и политической психологии и философии. Это не остановит меня и моего проповеднического прозелитизма. До последнего тянул с публикацией своих постов о фашизме, щадил Ваши советские чувства -- теперь выложу.

Исторический факт: Инквизиция сжигала людей за еретические мнения о крутящейся Земле. Я уверен, что Вы не одобряете подобное действие в современных условиях. Я только теряюсь в догадках, почему Вы не одобряете сжигание людей: 1. потому что Земля действительно крутится или 2. потому что сжигать людей (или уголовно преследовать) за инакомыслие - нехорошо Исторический факт: в древние времена во многих арийских племенах существовал обычай сжигать вместе с телом покойного мужа его жен, лошадей, собак, слуг. Живьём, разумеется. Я уверен, что в современных условиях Вы бы, уважаемый оппонент, подобные действия не одобрили. Но если Вы теряетесь в догадках, почему Old Vig не одобряет сжигание людей, то последний подобных затруднений относительно Вас не испытывает – он точно знает, почему Вы не одобрили бы этот (как и многие другие) дикий обряд. Просто потому, что ему известно, в какую именно из научных «дверей» надо постучаться, чтобы получить объяснение феномена, позволяющего нам не задумываясь квалифицировать сжигание людей, как «нехорошо». «А ларчик просто открывался». © Дело в том, что эволюция культуры это нелинейный процесс. Там есть провалы в дикость и прорывы человеческого духа, свои взлёты и падения, свои застои и свои динамические рывки. Но результирующий вектор культурной (не биологической) эволюции всегда указывает в одну сторону – гуманизм. Причём, скорость гуманизационных процессов, (скорость набора качественных и количественных признаков человеколюбия) не так уж сильно отстаёт от скорости информационной (увеличение объема знаний и представлений о мире). Естественно, что те группы, что не вписываются в этот процесс – они вымирают. В качестве иллюстрации: вряд ли слова ранее любимой в народе песни о Степане Разине «И за борт её бросает/ В набежавшую волну…» найдут моральное одобрение у наших современников. «Маньяк какой-то перепившийся» – подумает сегодня нормальный человек. Так же вряд ли хоть одна вменяемая политическая сила сегодня будет козырять словами из первоначального текста «Марсельезы»: «Пора, пора!/ Кровью нечистой/ Омыть наши поля». Или кто бы мог подумать, что страна, где ещё до средины прошлого века свирепствовал Ку-клукс-клан, выберет президентом этнического негра. А вот примеры мирового масштаба: эпоха Реформаторства, очищающая папскую римско-католическую церковь от антигуманных практик, и последовавшая ответная на неё реакция – Инквизиция. Показательно в этом плане и социалистическо-фашистское экспериментирование века 20-го с его мировыми войнами, распадом империй и российским транзитом. Именно потому – в силу гуманизации общественного сознания – многими европейскими правительствами приняты законодательные акты, запрещающие публичное выражение мнений, легитимирующих преступления против человечности. Оттого, что кто-то будет публично распространять своё мнение о той или иной модели мира (гелиоцентрической или геоцентрической) навряд ли повторится практика лагерей Аушвица и ГУЛАГа. А вот от возможности свободного фундирования лжи о Голодоморе и «окончательном решении еврейского вопроса» – вполне вероятно.

О, мой любознательный и любезнейший Ученик, если бы Вы знали, с каким нетерпеливым чувством устремился я к рекомендованному Вами источнику знаний! Предпосланный Вами анонс, намекавший, как мне показалось, на революционный прорыв в области гуманитарных знаний, и обещавший «выход моего взора за пределы, что положили Хайек с Локком», подстёгивал моё нетерпение. Оно распалялось ещё и тем, что автор Вашего источника – публицист Евгений Ихлов как-то замечательно сказал: «Если Российской цивилизации суждено сохраниться, то единственной адекватной моделью развития может быть только её сомасштабный аналог – США». (статья «Русская стратегия» ) «Как же так – подумалось мне – если Хайек с Локком имеют отношение к жизнеустройству США такое же, как Маркс с Лениным и Сталиным к устройству СССР, то почему вдруг Геофизик, ссылаясь на Ихлова, отрицает Хайека? Ну, хорошо, пусть он «буржуазную» формулу Локка пока не постиг, но почему Хайек для России не указ, если новейшая история буквально вопиет о верности его учения?» И вот я, следуя рекомендациям Геофизика, дабы «преодолеть свою зашоренность примитивщиной буржуазной социологии 17-18 веков», вступаю в «поток знаний», изливаемых Ихловым. Но тут, даже «не дойдя до щиколоток», обнаруживаю, что сей поток есть не что иное, как общегородской канализационный коллектор. Стоит ли сейчас перечислять все примеры дешёвого куража прощелыги, с каким Ихлов подвизается на историософской ниве, если достаточно того эпатирующего своей наглостью блефа, когда монотеизм авраамических религий он походя называет «грандиозным историческим злом». В поистине пикантную ситуацию попадаете Вы, мой дорогой Ученик, если сопоставить оценки послесталинской номенклатуры Ихловым и Пионтковским в их статьях, одинаково вызвавших у Вас удовлетворение. Сравниваем, Ихлов, «60 лет агонии»: Пионтковский, «Дыхание Чейн-Стокса»: Рядом с этим конъюнктурным, скользким, изворотливым Ихловым даже Пионтковский выглядит наивным отроком, не вызывающим такого неприятного осадка, какой возникает после чтения этого бойкого адвоката сталинистов. P.S. Что касается темы происхождения фашизма, то она далеко не закончена.

Бунтует Пионтковский на российском бреге Ему не видно там ни Брута, ни Риеги И мозг одолевают странные хламиды: Когда случатся мартовские иды? Ну, сколько раз просить Вас, уважаемый Ученик, осторожнее относиться к источникам информации, откуда черпаете свои контраргументы. Если уж пользуетесь такими каналами, как кремлёвская подстилка «Известия», то хотя бы не допускайте взаимоисключающих противоречий с другими аналогичными источниками. Мы же с Вами, в конце концов, не на «корыте» беседуем… . Полюбуйтесь на концовку Вашего поста, звучащего репризой к Пионтковскому: «В противовес распространенному мнению, Гитлер не пришел к власти выборным путем: его партия на вершине своего влияния, в июле 1932 г., получила только 37 % голосов». А теперь откройте Вашу рекомендацию: «А с деталями "сговора элит" рекомендую ознакомиться по тексту http://www.peoples.r...y3.html», где говорится прямо противоположное (выделено мною): «Самое важное для нацистов произошло: Гитлер получил власть вполне легитимно». Или вот смотрите, как лукаво поданы цифры, приводимые Вами в качестве поддержки тезиса Пионтковского о падении популярности фашистов перед их приходом к власти: «В июле национал-социалистическая партия (сокращенно «наци», партия Гитлера) получает наибольшее число голосов — 13,7 миллиона, 230 мест из 607». Здесь Вашим анонимным источником обыграно всего «230 из 607», но скрыто то обстоятельство, что перед этими выборами у нацистов в Рейхстаге было только 107 мест. Рост представительства НСДАП в Рейхстаге более чем в два раза за 6 месяцев перед назначением Гитлера рейхсканцлером – он что, говорит о спаде электоральных симпатий к нацистам? Далее события в предгитлеровской Германии разворачиваются таким образом, что сегодняшние байки о «сговоре элит» за спиной немецкого народа, как причине прихода нацистов к власти, транслируемые товарищем Пионтковским, выглядят уже подозрительно: что побуждает его искажать историческую фактуру? В сентябре следует роспуск Рейхстага, а в ноябре новые выборы, обнаружившие некоторый надлом фашистского движения – как раз сие обстоятельство вызвало прилив энтузиазма у товарища Пионтковского. Диффузионные перетекания по границам политических сред родственных социальных масс, чья психология одинаково отравлена социализмом, принимается им за показатель социального баланса не в пользу немецкого фашизма. Сравним, как этот факт подан в очерке Устрялова: Назначение Гинденбургом на пост рейхсканцлера «социального генерала» фон Шлейхера с его "левыми" устремлениями и первыми либеральными управленческими шагами, одинаково пугает промышленные круги (Тиссен), земельную аристократию Пруссии (фон Папен) и, что самое главное, огромные массы миттельштанда. Тех самых народных толщ, чей «гордый патриотизм, приправленный шовинистским соусом, сладко дурманил и подвигал кричать – heil Hitler!» . Выдать за «сговор элит» кулуарные переговоры политических лидеров массового среднего сословия, объятого фашистским угаром, с лидерами крупной промышленной и земельной знати, опасающейся марксистских сценариев, – эта придумка работников идеологического аппарата Советов пригодилась сегодня товарищу Пионтковскому. К чему бы это? Из очерка «Германский национал-социализм» : Так кому же больше доверять в описании обстоятельств и трактовке причин прихода нацистов к власти – Устрялову, непосредственно наблюдавшему этот процесс и писавшему о нём по свежим следам европейской журнально-газетной периодики того времени, или современному Пионтковскому, берущему за основу статьи «красной» профессуры, написанные по идеологическим канонам Агитпропа СССР? Даже после прихода к власти нацистов, после сгоревшего Рейхстага, после травли марксистов, на «последних» выборах 5 марта 1933 г. разворачивается серьёзная избирательная компания с настоящей политической борьбой за власть. В результате победа достаётся правительственной коалиции во главе с канцлером Гитлером, а коммунистам удаётся, собрав 4,5 миллиона голосов, провести в парламент 81 депутата. Что лишний раз говорит о сохранении относительной процедурной чистоты выборов. Это вам не путинская Россия с 99,4% голосов за Едру в Дагестане и Чечне, это Германия на пороге гитлеризма. Но даже здесь Ваш источник, почтенный Геофизик, ухитряется сбрехать: «А на последних выборах в рейхстаг, в марте 1933 г., в разгар нацистского террора, она набрала только 44 %». Устрялов же эту последнюю демократическую вспышку перед погружением Германии в тоталитаризм определяет как «легальную плебисцитарную санкцию нового режима»: Но какими бы источниками мы с Вами, почтенный Ученик, не пользовались, одно обстоятельство явствует абсолютно реально: все многочисленные выборные компании в Германии, предшествующие приходу гитлеровцев к власти, бесконечно далеки от того размаха фальсификаций, организованных путинским государственным аппаратом, какой имел место в ходе последних российских «выборов». Уже одно это сравнение позволяет добросовестным исследователям говорить о демократичности процедуры прихода Гитлера к власти. И именно оно заставляет Пионтковского врать, уповая на свободные выборы, как на шанс спасения России от надвигающегося фашизма. Свободные выборы могут свергнуть президента-чекиста, но они не переломят эволюционного процесса трансформации советского социализма в российский фашизм. Это-то тревожное сходство германского и российского сценариев и волнует, пока ещё не вполне осознанно, социалиста Пионтковского. Поскольку освещение фашизма Кларой Цеткин и Николаем Устряловым не произвело должного впечатления на моего своевольного Ученика, то придётся его усаживать за настоящую науку – будь любезны, почтенный Геофизик, познакомиться с краткими выдержками из «Дороги к рабству» Фридриха Хайека. Введение. И наконец, в 12-й главе даётся анамнез болезни, чью родовую, генетическую природу отчаянно пытается скрыть товарищ Пионтковский:

А Пионтковскому как-то на....ать на эти выдумки. Он знай себе пописывает, и посодержательней, чем самый выдающийся местный сочинитель. Уважаемый Ученик, внимательно читая тексты по Вашим ссылкам ( Геофизик #262 ; Геофизик #263 ), я, к сожалению, не нахожу у Вас даже признаков какого-либо критического восприятия оных текстов. Печально, что один из моих способнейших учеников оказался столь легковерным и неразборчивым в источниках общественно-политической информации, что не нашёл ничего лучшего, как окормляться из рук выдающегося мастера жанра политического фэнтэзи Андрей Андреича Пионтковского. Сей яркий, талантливый публицист в статье «Наш маленький 33-37» пишет, вежливо говоря, неправду: А если без политеса, то Пионтковский в данном случае несёт безграмотную чушь, повторяя замусоленные клише большевицого Агитпропа про «сговор элит», якобы обеспечивших приход нацистов к власти, про социальную базу фашизма – «союз деклассированных элементов, мелкой буржуазии и плутократиии». То ли он всё ещё пребывает под чарами советского политпроса, внушавшего советскому народу, что фашизм есть реакция крупной буржуазии на социалистические тенденции в рабочем движении, то ли его социалистическому мышлению противна сама мысль о социалистической (коллективистской) родословной фашизма … . Но объективно его талантливое окуривание общественного сознания опиумом исторического обмана касательно возникновения фашизма вообще и фашизации путинской России в частности, дезориентирует сознание, несёт в лучшем случае паллиативный эффект. Чтобы меня не упрекнули в ангажированности «буржуазной» наукой, я сейчас не стану аргументировать результатами исследований автора «Дороги к рабству» Ф.Хайека, почти 70 лет назад препарировавшего генетический механизм фашизма. Более убедительным будет познакомить читателя с пониманием природы фашизма современниками его расцвета. С мнением тех, кто, не имея никакого отношения к «великим злодеям Революции (Ленин, Троцкий, Сталин) и к их наследнице – «партийно-гебистской номенклатуре» – находится с Пионтковским по одну сторону мировоззренческого водораздела. Вот мнение старейшего, с 1920-го по 1933 год, депутата Рейхстага Клары Цеткин : Зачем было Пионтковскому вводить в заблуждение себя и своих читателей, говоря про «откат НСДАП в1932 году», если известно, что эти электоральные «откаты» и «накаты» отражали не более чем ситуативный характер пяти выборных компаний за один год? Историческая наука вдоль и поперёк изучила события, предшествовавшие 30-му января 1933 года, и потому социально-политический тренд того времени всем известен: на президентских выборах 1932 года Гитлер получил 13 млн. голосов – 36,8%. ( Для сравнения: Гинденбург – 53,1% , Тельман – 10,2% ). На выборах 31 июля гитлеровцы вместо прежних 107 мест в палате, получили 230 мандатов. В июле 1932 года едва ли не весь цвет немецкой науки – 91 профессор, среди них нобелевские лауреаты по физике Й. Штарк, Ф. Ленард и др. – подписали заявление на имя рейхспрезидента Гинденбурга с требованием назначить Гитлера рейхсканцлером. Вот что писал о соципсихологическом фоне той эпохи «отец» национал-большевизма профессор Н.В.Устрялов в своём, пожалуй, непревзойдённом с того времени образце политической публицистики – очерке «Германский национал-социализм» (май 1933г.): Ах, как благородно негодует Андрей Андреевич на три поколения лидеров, проваливших идею, которая была «столь великолепна, столь дерзка, что правомерно вызвала величайшее восхищение» © – его идею социализма. Ему невыносимо тяжело сделать заключение из его же статьи «Дыхание Чейн-Стокса» http://echo.msk.ru/b...a/1020656-echo/ , что какова идея, таков и закономерный генезис её вождей: (Ленин, Троцкий, Сталин) → (Брежнев, Андропов, Черненко) →(Путин, Абрамович, Тимченко). И уж совсем невозможно нашему пламенному обличителю кремлёвского ворья признать, что оное ворьё и грядущий за ними фашизм сгенерированы идеями социализма. Потому он до того неистово блефует, что Берия у него «предстает, чуть ли не провозвестником эпохи реформ, предтечей перестройки» ©. Чем подтверждает максиму доктора Геббельса: «Чем невероятнее ложь, тем скорее в неё поверят». P.S. Тем, кому в силу своего возраста не пришлось собственными глазами наблюдать «эффективность» первых реформаторских шагов Лаврентий Палыча, обладавшего по Пионтковскому «редким для той эпохи и той среды пониманием положения и стратегических задач страны», рекомендую посмотреть фильм «Холодное лето пятьдесят третьего …».

Вы допускаете ошибку, известную в логике как гомонимия (Homonymia) – употребление одного и того же слово в различных значениях. Есть мнение личное, его никто запретить не может, и есть мнение, выраженное публично. Это совершенно разные понятия, имеющие различные юридические толкования. В приведённом Вами примере (Кейс #0004) речь идёт как раз о мнении, выраженном писателем публично. 13 июля 1990 года парламент Франции принял так называемый Закон Гейссо (англ.), который запрещает публичные расистские, антисемитские и ксенофобские высказывания, а также дискриминацию по принадлежности к этнической группе, нации, расе или религии. Закон также запрещает отрицать Холокост и выводы Международного военного трибунала в Нюрнберге, а также выражать сомнения в существовании лагерей смерти и газовых камер, в которых нацисты осуществляли массовые убийства. Здесь та же коллизия, что с ношением нательного крестика (Кейс #0007) – пока ты дома, носи, чего хочешь. В публичной сфере – подчиняйся установкам других. Я понял Ваше мнение так: несогласные могут свободно высказываться... у себя на кухне. Я с такой позицией не согласен. Вы неверно поняли моё мнение. Любая свобода, в том числе и свобода высказываться, подчиняется универсальному принципу либерализма: "твоя свобода кончается у кончика носа другого". Словом можно ударить больнее, чем кулаком, словом можно убить. Словом можно воспеть «слава в вышних Богу, и на земле мир, в человецех благоволение!», а можно обратить людей в убийц . На свободу человека высказывать своё мнение никто не посягает. Но когда это мнение легитимирует преступления против человечности -- извините, либерализм это отправляет в уголовное судопроизводство.

Блин!... Вот лишний раз убеждаешься, что если "заклинит", то и ЯВНОЕ не увидишь перед носом. Вы думаете, Old Vig, вам спасибо? Нет, - сам себя идиотом чувствуешь... Нэ надо соболезнований. Идиот не тот, кто не знал, что Земля круглая и вертится вокруг Солнца, а тот, кто с этим не согласился, когда ему об этом сказали.

Уважаемый kasko, так как я имею некоторое отношение к либералам, то не мог не обратить внимания на приведённую Вами пословицу «Бедняки – всегда либералы». Но не столько из за смысла её ( сразу же споткнулся на нём, но вскоре понял в чём дело), как из за непонятно высокой оценки, данной Вами этой пословице: «граненый алмаз мудрости». Чем именно эта пословица мудрее множества других пословиц и афоризмов? На этот вопрос отвечать не берусь – не хочется лезть в дебри политической психологии. А что касается Вашего недоумения (почему это вдруг либералы не богатые, а бедные?), то здесь всё не просто, а очень просто. Вспомним, какое значение имело слово «либерал», когда мы были, скажем, старшеклассниками? Отнюдь не то, с чем оно сейчас ассоциируется в нашем сознании. Раньше «либерал», «либеральничать» означало быть добрым, не строгим, гуманным, мягким (руководителем, учителем). То есть, никакой идеологической или политической нагрузки это слово не несло. Для жизни языка это обычное явление – значение слова претерпевает эволюцию, слово меняет свой исконный смысл. Например, красна девка это не девка красного цвета, а красивая девка. Совершенно очевидно, что в те времена и в том социуме, где родилась эта пословица, слово «либерал» имело иное значение, чем то, которым сегодня пользуются в России, каждый в меру своей грамотности. Вот Вам пример посвежее: в современной политической жизни Америки либерал означает примерно то же, что с классической точки зрения означает социалист. Поэтому американские настоящие либералы, чтобы не путали их с социалистами, назвали себя либертарианцами. Но вернёмся к нашей пословице. Её смысл мы поймём, если учитывая пряный еврейский юмор, обратим внимание на другую пословицу, которая находится почти рядом с бедняками – либералами в той же «Книге еврейских афоризмов», на которую Вы дали ссылку: «Тот, кто ничего не имеет, всегда готов делиться с другими».

Согласен, спорить о терминах глупо. Особенно, если термины из области социальной философии (коллективизм, индивидуализм, фашизм, социализм), или из аксиом Гильберта. А потому не ради спора, но лишь из за своей нелюбви к информационной скаредности, хочу сказать Вам, что никаких расширенных толкований понятия «фашизм» быть не должно. Как не должно быть расширенных толкований основных физических величин. И как не дОлжно витийствовать вокруг расширенного толкования сифилиса или чумы. Путать деспотии и тирании прежних исторических эпох с фашизмом – явлением XX века, значит не знать анамнеза этой болезни, бояться страшного диагноза и, соответственно, быть бессильным в лечении. В прошлой истории Западной цивилизации можно указать только один крупный пример протофашистского государства – Древняя Спарта. Ваш тезис, уважаемый kasko, о «большинстве государств, подпадающих под расширенное определение фашизма», ошибочен. Уже в античности преобладало представление, что первичной ценностью человеческого сообщества является не его управленческая структура (государство), но благо народа: «Salus populi supreme lex» (Благо народа – высший закон). (См.: Цицерон. О законах III 3, 8 // Цицерон. Диалоги. – М., 1966). С тех пор, как Христос ответил фарисейским священникам: «Суббота для человека, а не человек для субботы» примат интересов человека над государственнической и религиозной догматикой стал очевидной моральной нормой. «Любая власть от Бога», говорила христианская церковь, но при этом подразумевалось, что вместе с властью Бог обременял властителей «служебной инструкцией», определяющей их царственную юдоль – отеческая забота о своих подданных, радение о благе народном: «Царь ты наш, отец народа! Государь, проснись, беда…» Даже в самом глухом средневековье монархи и сюзерены понимали значение «сбережения людей», об этом хорошо сказано здесь . Но народные массы с возбуждёнными инстинктами пещерного коллективизма, взбурлившими в русле идеологий большевизма и фашизма в XX веке – такого раньше в истории человечества не было. Высказывание Томаса Манна по поводу немецкого наци-фашизма как нельзя лучше характеризует сегодняшнюю Россию, повторяющую немецкий опыт с временным лагом в одно столетие: "Теперешняя оргия националистических страстей является не чем иным, как поздней и последней вспышкой уже догоревшего огня, последней вспышкой, ошибочно считающей себя новым жизненным пламенем". Вот почему, уважаемый господин kasko, Ваш скептицизм относительно фашистской симптоматики путинской России мне представляется легкомысленным. Если не наигранным. В заключение небольшая цитата из очерка Николая Устрялова «Германский национал-социализм: P.S. В «Доктрине фашизма» (автор Муссолини, 1932г.) суть фашизма выражена с исчерпывающей откровенностью, исключающей какие-либо «расширенные определения»: «… все в государстве и ничто человеческое или духовное не существует и тем более не имеет ценности вне государства». Сопоставьте это определение с чисто либеральным постулатом: «Всё — в человеке, всё для человека! Существует только человек, все же остальное — дело его рук и его мозга!» Если бы работники идеологического аппарата СССР знали, какую мину они закладывали под свою идеологию, а пуще того под своих наследников из путинского пропагандистского комбината по фашизации населения, они бы никогда не включили пьесу «На дне» в программу средней школы по литературе … .

Уважаемый Old Vig, так я о том же, что и Муссолини. Ну не вижу я, чтобы в современной России интересы государства ставились выше интересов личности . Прямо наоборот, интересы личностей ставятся гораздо выше интересов государства. Более того, интересы государства вообще никого не интересуют. Православно-самодержавная риторика является ничем более, чем риторикой, единственной (и довольно неуклюже выполняемой) задачей каковой является обеспечение материального благополучие причастных к государственному управлению личностей. Это противно, но это - не фашизм. С первого взгляда замечания уважаемого kasko произвели на меня странное впечатление. «Допустить, что он не понимает где речь идёт о статике, а где о динамике явления мы не можем – размышлял я – хотя его аргумент с государством по Муссолини подан так, будто государство Эрэфия являет собой какую-то сложившуюся, статичную форму. И сравнение этой формы с классическим фашизмом итальянского образца не позволяет идентифицировать её как фашизм». Употребление мною в контексте разговора о фашизации общества лексем «внутриутробный период», «вызревание в чреве», «предрасположенность», «инкубационная стадия болезни» и т.п., должно было бы подсказать уважаемому комментатору, что речь идёт о транзите. О строго направленной и чётко обозначившейся тенденции. О выраженном наследственном характере этого процесса. О трансформации советской идеократии в фашистские по размаху деиндивидуализации приёмы управления народом. Такой концепт несложно было заметить тем более, что его автор сразу предупредил: он не рассматривает фашизм как постфактум применительно к сегодняшней России. И, тем более, что приводя формулировку Муссолини, где главным критериальным признаком фашизма выступает первичность интересов государства, я специально оговорился: «Весь вопрос в том, в чьих руках находится государство…» Впрочем, недоумевать пришлось недолго. Просто потому, что мне знаком дискуссионный стиль, умело, в весьма мягкой, деликатной форме демонстрируемый уважаемым господином kasko. Для себя я поименовал этот стиль как «ролевое оппонирование». Это когда диспутант, не считая нужным в открытую заявлять о своих взглядах, исполняет роль беспристрастного, неангажированного наблюдателя, вежливо и спокойно, как бы со стороны, указывающего на сомнительные моменты в позиции своего собеседника. Многим удаётся блестяще справиться с этой ролью, но лишь до поры, пока разговор не касается нравственно-мировоззренческих вещей. Тогда-то и следуют проколы даже у таких мастеров жанра, как уважаемый kasko. Проколы тем более уморительные, что исполнителей выдаёт «великий и могучий» – язык человека, его речь. Смотрите, любезный kasko, как Вас наказал русский язык: употребив одно и то же слово «личность» в разных числах и решив, что со смыслом ничего не произошло, Вы не заметили, как хрустнул логический стерженёк Вашего аргумента. Ибо значение слова «личность» вот в этой фразе (выделено мною) : «…не вижу я, чтобы в современной России интересы государства ставились выше интересов личности» принципиально иное, чем в следующей за нею же: «… интересы личностей ставятся гораздо выше интересов государства». Достаточно было поменять «личность» абстрактного индивида на «личности» государственных служащих, использующих служебное положение в сугубо личных (шкурных) интересах, и вот вам, пожалуйста – интересы государства у нас не ставятся выше интересов личности, следовательно, никаким фашизмом в России не пахнет. Это надо понимать так, что когда проезжающий кортеж с «личностями» парализует движение городского транспорта ( очевидно, вопреки интересам государства?), а в пробке стоит опаздывающая на работу, в роддом, да, хотя бы, на свидание, отдельная «личность», то и её интересы, в данном случае никак не подчинённые интересам государства, не дают нам оснований диагностировать фашизм – так, господин kasko? Здесь, помимо прочего, мы сталкиваемся со своеобразным пониманием «государства» уважаемым господином. Оно у kasko предстаёт некоей константой – независимой постоянной величиной, относительно которой складываются все остальные параметры общественно-политической, да и вообще, жизни. Ну, почти по Муссолини: «Old Vig, так я о том же, что и Муссолини». Между тем, государство это всего лишь система властных институтов, чей характер целиком зависит от морально-политических кондиций властвующей бюрократии. Государство это всего лишь котелок, или кастрюля, в которой осенённые властью повара варят нужные им блюда. У кого сия кастрюля в собственности, таковы и блюда государственной кухни, таково само государство. Если Вы не согласны, что государство у нас приватизировано "личностями", сидящими на руководящих постах от Кремля до мэрии Мухосранска, то поспорьте с Марксом : «Бюрократия имеет в своём обладании государство, спиритуалистическую сущность общества: это есть её частная собственность». ( «К критике Гегелевской философии права». СС, т, 1. Стр. 273). Сопоставьте марксово спиритуалистическое понимание государства с муссолиневым: «… все в государстве и ничто человеческое или духовное не существует и тем более не имеет ценности вне государства» и Вы с удивлением обнаружите некоторую близость мышления этих фигур. Вы ещё не знаете, что всем человеческим и духовным в себе Вы обязаны государству? Значит, Вы не знаете, что такое фашизм. Это в либеральном миропорядке власть всего лишь «ночной сторож при обывателе», или полицейский пёс на коротком поводке у общественных институций. А у Маркса, Ленина, Муссолини, Гитлера, Путина государственная власть – это ценностная категория высшего разряда. Это ось мироздания, вокруг которой все институции должны крутиться, как стриптизёрша вокруг своего полированного шеста, ублажая тех, кого уважаемый kasko изволил назвать «личностями», чьи интересы «ставятся гораздо выше интересов государства». Любопытно, что либерализм вообще не окрашивает государство ни в какие идеологические цвета. Вот как об этом у Локка: («Два трактата о правлении», 2-я часть, глава 10: http://sps.ru/?id=206158 ) Осмелюсь высказать предположение, почему почтенный kasko не мог простить Old Vig-у его нарративов о фашизме. Думаю, что их мне не простили бы даже такие, как Пионтковский, уличающий путинский режим в голимом фашизме. Дело в том, что вскрытие родословной фашизма напрямую указывает на его родственную связь с идеологией, приверженцем которой Пионтковский является и поныне – с социализмом. А это, учитывая сколь мрачные ассоциации вызывает фашизм в общественном сознании, крайне неприятно. Отсюда и реакция kasko: «А был ли мальчик?» © Увы, «мальчик» был. Германская версия фашизма – нацизм, отличалась от итальянского варианта, прежде всего тем, что за первичную ценность там принималось не государство, а нация. Со всеми вытекающими отсюда трагическими последствиями. Но в любой версии фашизма индивиду, просто человеку, отводится роль расходного инструмента для решения задач национально-государственного масштаба. Собственно говоря, фашизм – это апофеоз коллективистского мироустройства, это конечный продукт его государственного идейно-политического воплощения. Социализм марксистского образца – подготовительная школа фашизма, его начальные классы. Это юность фашизма, и, как зачастую бывает с юношеским максимализмом, он отмечается большей жестокостью. Как «общество победившего социализма» мутирует в российский фашизм, я покажу в последующих постах на «живых» примерах знакомых нам людей.

Не совсем верно процитировали, уважаемый Артём: «Блажен муж, который не ходит на совет нечестивых и не стоит на пути грешных и не сидит в собрании развратителей,…»

«Хоть человечество и было радо, Отправив этих выродков налево, Торжествовать пока еще не надо: Еще плодоносить способно чрево, Которое вынашивало гада». Бертольд Брехт. Минуточку, уважаемый kasko, почему Вы решили, что моим постингом российский фашизм подаётся постфактум? Да, я постоянно касаюсь этой темы, но чтобы выдавать инкубационный период болезни за её манифестную стадию (открытые клинические проявления) – для этого я недостаточно политически спекулятивен. Как то делают азартные борцы с кремлёвским паханатом и пламенные обличители сислибов. Выдавать плод во чреве матери за уже новорождённого младенца – на эту глупость сподобилась идейно-мировоззренческая фоменковщина в лице солидных господ и моих в некотором роде партайгеноссенов – Пионтковского и Каспарова : Хотя «сговор правящих элит», это ещё немножко не заговор, но знакомым душком со стороны теории заговоров пахнуло довольно отчётливо. Когда когнитивный опыт упирается лбом в непонятные процессы, на помощь приходит конспирологическое мышление. Горбачёвская перестройка? Да это же сработал план партийно-гебистской номенклатуры, рвавшейся «к манящим вершинам западных образцов комфорта и потребления» – утверждает на голубом глазу Андрей Андреевич Пионтковский. Причины развала СССР? Ну, конечно, заговор! Только не подумайте чего плохого на нашего учёного мужа – он не имеет в виду жидомассонов или какую-то там таинственную мировую закулису. А уж, какие-то макроэкономические или идейно-мировоззреческие соображения по поводу причин обрушения «второго мира» им и подавно не рассматриваются. Всё банальнее и проще: главными заговорщиками, угробившими «красную» империю были «бенефициары распила советского наследства … тот же самый правящий класс позднего СССР» – негодует многомудрый Андрей Андреевич на негодяев, опорочивших его величественную и грандиозную идею социализма. Ось це так! И вот теперь, наш неистовый «борец с кремлёвским ворьём» © пишет сценарий того, как и почему в путинской России может произойти фашистский переворот. Именно переворот, а не эволюционное перевоплощение советского социализма в обыкновенный фашизм российского рОзлива. Его сценарий представляет собой кальку с мифологем коммунистического агитпропа, которыми втюхивалась бодяга о причинах прихода к власти нацистов: «сговор элит и крупной буржуазии против рабочего класса». Есть какая-то горькая ирония судьбы, если не сказать историческая издёвка, в том, что в разгул невежества и лжи, коими всегда сопровождается пришествие фашистских режимов, сегодня вносят свою лепту далеко не последние представители интеллектуальной элиты нынешней России. Оттого, что это делают они непредумышленно, а по неведению, по своим заблуждениям и идеологической безграмотности, ложь не перестаёт быть ложью. Будь они людьми частными, слово «ложь» применительно к их мнениям было бы неуместно. Но они люди публичные, и потому их заблуждения сбивают с толку общественное сознание, ведут его по ложному следу. Подобно безграмотному, но искреннему лекарю они ставят диагнозы и назначают паллиативные лекарства, что загоняет болезнь вглубь, усугубляя её тяжесть. И потому их оппозиционность всё более походит на конфликт однотипных нравственно-идеологических персонажей – Троцкого и Сталина, Горбачёва и Ельцина. Их элитаристские подходы к политическим процессам не допускают мысли, что по большому счёту не властвующие элиты крутят флюгером общественных умонастроений, а сами они подобно флюгеру крутятся под ветром оных настроений. Всякая властвующая элита стремится угадать и соответствовать господствующим в массовом сознании духовным стандартам: «Может я и ошибаюсь, но я ошибаюсь вместе со своим народом» – вполне чистосердечно заявил Путин, когда мотивировал своё решение о советском гимне. Профессор-культуролог И. Г. Яковенко в статье «Как мы мыслим Россию»: «Элита устойчиво правит до тех пор, пока ей удается угадывать вектор массовых настроений и удовлетворять некоторому минимуму народных ожиданий». Чем круче в психологии масс замес коллективизма и примитивнее их сознание, тем властям легче решать свою генеральную задачу – воспроизводить самоё себя. Потому правящие элиты, всегда следуя за «своим народом», заискивая перед ним и играя на низменных страстях, одновременно следят за ним, работая на понижение нравственной планки, для чего держат одну руку на пульсе массового сознания, другую на движке теледебилизатора. Вот она, казалось бы, где благородная стезя оппозиционной интеллигенции, вот где её социальная функция – просвещая народ, развенчивать власть институционально, а не только скандально-криминальной хроникой. Да не тут-то было, как раз институционально наши интеллектуалы-оппозиционеры пребывают на той же поляне, что и их внутривидовой противник, их кровный враг – криминальная власть. Гипертрофированность восприятия каким-либо человеком института власти – от пылкой любви до пламенной ненависти – свидетельствует о том, что власть в ценностном багаже этого человека является доминантой. Это говорит о его потенциальной враждебности к либеральному мировидению. Курьёзно, до смешного выглядят пионтковские, когда уличая кремлёвских местоблюстителей в дрейфе к фашизму, черпают свою аргументацию из методических пособий коммунистического научпопа. Из той самой идеологии, которая детерминировала, как промежуточный этап путинщину, а теперь неуклонно мутирует в национал-коллективистские формы. Тяготение социума к той или иной разновидности фашизма в решающей степени обусловлено предшествующим опытом заигрывания с социализмом. Это давно установленная наукой закономерность. Естественно, речь идёт о гуманитарной науке Запада. Механизм этого мутагенеза вскрыт и проанализирован Ф. Хайеком, а вся советско-российская эмпирика, нарастая в путинский период по гиперболической кривой, подтверждает эту закономерность с ужасающей точностью. Разумеется, в Высшей школе СССР такой науке места не находилось. Не пускают её на университетский порог и в его духовной наследнице – современной Эрэфии. Пару месяцев назад в перманентной полемике с Геофизиком, доказывая справедливость тезиса «генезис идеологии Советов и идеологии фашизма восходит к одному и тому же корню – коллективизму», я высказывался в том смысле ( Old Vig#101), что плод фашистского гада тем крупнее, чем глубже коллективизм проник в этнокультурный замес народа. И тем живучей, чем продолжительнее теория и практика социализма господствовала в общественно-политической жизни социума. «Роды» фашизма идут, как правило, в сопровождении мощной стимуляции продуктами экономического разложения социализма, чувствами уязвлённого патриотизма от поражения в войне (горячей или холодной), обрушением старой государственности, хозяйственных укладов жизни, религиозности. Но это всё явления фоновые, не обязательные в 100%-ном объёме. Главным фактором происходящих в «толщах народных масс» процессов фашизации является эволюция врождённых инстинктов коллективизма. Как и любая эволюция, этот процесс опирается на принцип отбора или выживания (репродуктивного преимущества) тех форм коллективистского мирочувствования, которые оказываются в данной ситуации более живучими. Относительно матричного классического социализма марксистского образца, потерпевшего социально-экономическое банкротство, в постсоветской России аналогично догитлеровской Германии на первый план выходит более живучая форма коллективизма – радикальный национализм. Похоже, что «страна победившего социализма» – путинская Россия как раз втягивается в этот эволюционный процесс, и потому метафора Пионтковского «власть беременна фашизмом на предпоследнем месяце» более чем подходящая. Однако отмечать и как-либо анализировать токсикозы российской беременности фашизмом с точки зрения наследственного фактора – этого у Пионтковского мы не найдём. Напротив того, он иногда подчёркивает, принципиальное различие зрелого немецкого фашизма и зародышевого российского: «…у рейхсканцлера Гитлера тем более не было общака Абрамовича в Лондоне» Ситуация поистине трагифарсовая – социалист Пионтковский абсолютно не понимает и инстинктивно сторонится мысли, что именно социализм является тем материком, от которого откалываются и пускаются в плавание айсберги фашизма. Пожалуй, первым из учёных, кто наиболее глубоко проник в суть дела и отчётливо сформулировал эту закономерность, был «отец менеджмента» Питер Друкер (выделено мною): Как глубоко непонимание Пионтковским идеологической подоплёки того, что происходит со страной, поставившей грандиозный социалистический эксперимент, видно из эпизода его статьи «Чуть помедленнее Кони-2» Поставить по одну сторону морально-политического барьера Л. Млечина и С.Кургиняном – это о многом говорит: Свободные выборы предполагают то, о чём говорил Ильин лет 90 назад: «Граждане должны иметь минимальный уровень образования и осведомлённости, вне которого всякое голосование становиться собственною карикатурою». А какие, уж там образование и осведомлённость, если даже такие, как Пионтковский до сих пор не могли усвоить, что: Если в духовном генезисе народа значительное время доминировал коллективизм, то вектор социально-экономического и политического движения такого народа всегда будет направлен от социализма марксистского образца к фашистским государственническим формам. Уважаемый kasko, та пестрядь определений фашизма, что рассыпалась на этой ветке по существу верна. Но это определения с позиции учебников политологии. А нам ближе по-человечески элементарные, незамысловатые определения с позиции индивидуальных естественных чувств: справедливости, морали, стремления к личному благополучию. Эти чувства бесхитростно выражены в словах традиционной английской фразы: "да будет у тебя все благополучно и да продлятся твои дни на земле". Так вот, чтобы иметь исчерпывающее представление о фашизме, достаточно знать отношение к этим словам идейно-теоретического предтечи немецкого фашизма Вернера Зомбарта, который считал их "самым отвратительным из принципов, порожденных духом коммерции". Этот выдающийся профессор-социолог (и видный, блестящий марксист в начале своей научной карьеры) дал с предельной откровенностью морально-этическое кредо фашизма: «Есть жизнь более высокая, чем жизнь личности, и это жизнь нации и государства. А предназначение индивида -- приносить себя в жертву этим высшим ценностям».( «Торгаши и герои», 1915 г.) Для полноты картины вот самое лаконичное, как говорится, не убавить, не прибавить, определение, данное Б. Муссолини: «Суть фашизма заключается в том, что это политическая система, при которой интересы государства ставятся выше интересов личности». Весь вопрос в том, в чьих руках находится государство… P.S. Понимая, что изложенное выше чересчур концептуально, в ближайшее время тему разверну пошире и подоказательнее.

1. Касательно Вас сомнений и быть не могло. 2. Кому как не певцу буржуазного благолепия игнорировать тот факт, что без добытчиков денег и Великую Октябрьскую Социалистическую (заметьте!) Революцию было не организовать! 3. А поэтому, разделяя мировоззрение гнусья, посадившего на трон госбезопасного либераста для охраны нахапанного в 90-е, вполне логично не побрезговать и нынешними подачками от того же гнусья, оказавшегося в положении либеральных сявок при дворе своего выдвиженца и сильно обеспокоенного открывающейся тюремной перспективой. 4. А уж из Пионтковского "социализм" так и прет, так и прет... Для Вас страшнее кошки зверя нет. 5. Но, как честному человеку, Вам бы подошло признаться: ведь четко сознаете, что врете, когда борьбу с ворьём называете защитой социализма. Разве нет? Боже ж ти мій, яка лексика! Ну, хоть в прохановскую газету «Завтра» отдавай на публикацию. 1. Спасибо за верную идентификацию моего морально-политического облика. <...> б) ради этого богоугодного дела мы будем, не смотря на лица, брать деньги у всего списка Форбса, у Фридмана, Коха, Чубайса и т.д.; только у мокрушников не будем брать; мы будем с благодарностью брать средства у американского народа, как брали их в 1921 году для голодающего Поволжья (470 млн. $ в ценах 2008г.), как брали их в войну по ленд-лизу (138 миллиардов $ в ценах 2008г) – мы не погребаем и не отстраним руку дающего! Я свой текст на пункты не дробил, так что Вы врете даже в том, что выдаете как "цитату". А милостыньку у сислибов, конечно, собирайте. Я ж вам так и сказал, что это вполне "логично": и им со временем какое-никакое алиби в зачет пойдет, и вам, как ЭТИЧЕСКИМ ЛИБЕРАЛАМ, не обзаводиться же вдруг чувством стыда по случаю своих альянсов с НРАВСТВЕННЫМ ОТРЕБЬЕМ, которое (к тому же) вас и предаст, когда ему это выгодно станет. 1. Ай, и, правда! Да как же это я посмел влезть в чужой текст со своей нумерацией? Каюсь, маэстро, глубоко каюсь! Я почему-то полагал, что если можно делать вот так: Касательно Вас сомнений и быть не могло. ... что без добытчиков денег ... мировоззрение гнусья, ... госбезопасного либераста ... подачками от того же гнусья, ... либеральных сявок .... то и разбивка по пунктам допустима -- она же мысль автора не искажает … ан, нет! 2. Не понял один момент у Вас: «…и им со временем какое-никакое алиби в зачет пойдет, и вам,…» – это с каким «со временем»? С тем, когда мы, не без помощи своего «иванакалиты», всё-таки, выметем из Кремля чекиста? Или Вы полагаете, что для смены власти достаточно блестящих статей Пионтковского? «Мечтать не вредно» ©. Тем более, что Андрей Андреич, во-первых, уже как второй (или третий?) год держит под холостыми парами «воровской пароход». А его пассажиры всё чего-то медлят и медлят с отплытием к своим заморским авуарам. Во-вторых, он искренне полагает, что «Концептуально мы все уже живем в постпутинскую эпоху». Ах, какая прелесть – я, пусть и концептуально, но уже живу в постпутинскую эпоху! 3. Что ещё хотелось бы уточнить у Вас … входит ли «отец приватизации» Чубайс, фигурирующий в переписке Немцова с Пионтковским, Каспаровым и Илларионовым в качестве одного из потенциальных спонсоров протестного движения, в число отребья, у которого милостыньку рядовые либертосы просят: «… не обзаводиться же вдруг чувством стыда по случаю своих альянсов с НРАВСТВЕННЫМ ОТРЕБЬЕМ…,»? Подозреваю, что Вы ответите утвердительно. В таком случае, друг мой, как понимать Пионтковского, который в своей статье «Медаль "За взятие" почти отмазывал приватизацию по Чубайсу, стеная гневно по поводу отсутствия важнейшей либеральной категории – института частной собственности. То есть того, что является сердцевиной, говоря Вашими словами, «буржуазного благолепия»:

1. Касательно Вас сомнений и быть не могло. 2. Кому как не певцу буржуазного благолепия игнорировать тот факт, что без добытчиков денег и Великую Октябрьскую Социалистическую (заметьте!) Революцию было не организовать! 3. А поэтому, разделяя мировоззрение гнусья, посадившего на трон госбезопасного либераста для охраны нахапанного в 90-е, вполне логично не побрезговать и нынешними подачками от того же гнусья, оказавшегося в положении либеральных сявок при дворе своего выдвиженца и сильно обеспокоенного открывающейся тюремной перспективой. 4. А уж из Пионтковского "социализм" так и прет, так и прет... Для Вас страшнее кошки зверя нет. 5. Но, как честному человеку, Вам бы подошло признаться: ведь четко сознаете, что врете, когда борьбу с ворьём называете защитой социализма. Разве нет? Боже ж ти мій, яка лексика! Ну, хоть в прохановскую газету «Завтра» отдавай на публикацию. 1. Спасибо за верную идентификацию моего морально-политического облика. 2. Не только певцу буржуазности, но и любому благоразумному человеку не стоит игнорировать тот факт, что без финансирования не то, что революции не замутить, митинга не организовать, матюгальников не купить, да даже воскресный пикник-маёвку не провести. К сожалению, Андрей Андреич не подходит под эти критерии благоразумности. Каково время, таков и источник финансирования: у большевиков Савва Морозов, у нас – Фридман, ага! 3. Кто и чьё мировоззрение разделяет? Если Вы имеете в виду Чубайса, приложившего свою руку к возведению на престол преемника Ельцина, то этот автор «либерального империализма» не проходил у меня ликбеза идеологической безграмотности и зачётов по курсу «Что такое этический либерализм?» я у него пока не принимал. Что же касается приёма пожертвований на финансирование протестных движений против криминального режима, то возьмём от него без всяких мерехлюндий. 4. В данном случае, маэстро, Вы, пытаясь иронизировать над Old Vig-ом, как никогда близки к правде. Этот Пионтковский – социалист кондовый. Вспомните-ка, как Геофизик транслировал на форуме его жёлчные замечания о «мальчиках, наслушавшихся бардовских песен, и начитавшихся Хайека и Стругацких». Своими идейно-мировоззренческими кондициями он не шибко отличается от соратников команды Гайдара, о которых в своё время Лариса Ивановна Пияшева сказала: «…взявшиеся не за своё дело социалисты». Известно, что коммунисты, точнее наиболее экономически грамотные из них, когда социалистические химеры подводят страну к голоду, имеют обыкновение брать на вооружение экономический арсенал своего заклятого врага – капитализма. Ленин и Бухарин показали это на примере НЭПа. Ельцин и Гайдар с их закономерным детищем Путиным это следующий этап в генезисе социалистической идеи, когда примочки типа НЭПа уже не помогают – так далеко заходит деградация социально-экономического организма страны. Коллективизму становится неуютно в интернационал-социализме и последний мутирует в своего младшего кровного братца – национал-социализм (фашизм). Что мы сейчас и наблюдаем в России. 5. Спасибо за комплимент. Чтобы оправдать Ваше доверие, говорю честно, как на духу: а) если бы Пионтковский искренне боролся с ворьём, то он не ставил бы палки в колёса тем, кто политически опытнее и грамотнее его и лучше знают, как это сделать – отстранить от власти криминального царька; и думал бы он в первую очередь не о преемнике, а о том, как решить задачу, им же сформулированную: «…нет сегодня у страны более острой и неотложной чисто экономической проблемы, чем избавление ее от захватившей в ней государственную власть мафии воров в законе,…»; б) ради этого богоугодного дела мы будем, не смотря на лица, брать деньги у всего списка Форбса, у Фридмана, Коха, Чубайса и т.д.; только у мокрушников не будем брать; мы будем с благодарностью брать средства у американского народа, как брали их в 1921 году для голодающего Поволжья (470 млн. $ в ценах 2008г.), как брали их в войну по ленд-лизу (138 миллиардов $ в ценах 2008г) – мы не погребаем и не отстраним руку дающего!

Позиция Немцова мне, безусловно, симпатичнее. В этом весь Пионтковский -- социалист, он и есть социалист. Не он ли в статье "Капо" возвещал: «…нет сегодня у страны более острой и неотложной чисто экономической проблемы, чем избавление ее от захватившей в ней государственную власть мафии воров в законе,…» Как, прикажете, без денег, без финансов организовать какое-то движение или партию, да любое организационное сопротивление, способное решить эту самую "неотложную чисто экономическую проблему"?

<...>скоро будет парочка дьявольски длинных ... . Может быть, их сразу же, для удобства читателей, продавать в твердом переплете? Я слишком уважаю аудиторию ФНЛ, чтобы опускать её до "твёрдых переплётов", а самому опускаться до коммерциализации своих мыслей.

По-моему, уважаемый Old Vig прав. P.S. И кстати. Какой же этот его пост восхитительно короткий! Мужайтесь, уважаемый pyotr, скоро будет парочка дьявольски длинных ... .

Ой, ну как вы не понимаете: своим могучим чугунным конём скульптор хотел передать символ современной России. Детали – кусок стального рельса и в зубах и внушительное мужское хозяйство – расшифровываются следующим образом. Деформированный рельс – это намёк на то, что будет с западным миром «стальных машин, где дышит интеграл», а гениталии надо понимать так: «Клали мы с прибором на ваш Запад». Это сегодняшняя версия нашего ответа Чемберлену. Это, если хотите, вызов и ответ Сергею Есенину, который плакал, но писал правду: Милый, милый, смешной дуралей, Ну куда он, куда он гонится? Неужель он не знает, что живых коней Победила стальная конница? Фигушки тебе, поэт, наш жеребёнок вырос и превратился вот в такого коняку… А иначе рассейская власть не позволила бы такого рода монументалистики.

То-то и оно... зловещая какая-то поза. Говорят, что белки, обнаружив, что зимние запасы орехов кем-то разорены, кончают жизнь самоубийством именно таким способом -- в развилке между ветками.

БСК = Bread of Sive Cobble, по-моему. БСК - безконтактная смарт карта, пополняется на месяц за 300 руб+проездной на гор.транспорт ☺ .

«В турецком стиле» звучит рондо, когда я вижу Бельмондо И все дела идут на лад, коль ироничен мембер Лат. Я как-то сдуру ступил на грабли – Пытался klemm-у всучить Шабли Но сей ревнитель языка Лишь пожурил меня слегка: «Ты, парень, глупость не мели, А ставь-ка белое ШаблИ» Дорогие Lat3760 и klemm, поздравляю с днём рождения! Спокойствия, уверенности, здоровья вам!

«Умные используют компьютер для экономии времени, дураки – чтобы его потратить…» © Раб, мечтающий о свободе, уже не раб.